-А сколько тебе? - спросил я.
-Уже 71 год. - с такой же грустью сказала она.
Меня это очень шокировало, как она смогла жить столько лет ни с кем не разговаривая? Мне стало её жаль, ведь я не мог представить себе на сколько же ей было одиноко, и я разрешил ей остаться. Я решил дать ей имя Элла, ей оно понравилось. Она оказалась очень хорошим собеседником, а так же очень хорошим игроком в настольные игры, особой её страстью были шахматы. На мой вопрос "Как ты научилась так хорошо играть?", она ответила "У меня было достаточно времени для освоения правил игры". На протяжении этих трёх дней я совершенно не спал, как, собственно, и она. Я не знаю почему, однако за эти три дня я к ней очень привязался. Мне не хотелось, чтобы она уходила, но с каждой минутой все ближе был час расставания. Через полгода дождь бы повторился, но не было совершенно никаких гарантий, что я смогу вновь её увидеть, ведь она, как выяснилось, виделась со мной не в первый раз, она часто приходила на мой балкон, но я её не видел. Когда настал час уходить, мы вышли на балкон, на котором и встретились, я пообещал ей, что каждые полгода буду ждать её, а она в ответ пообещала, что всегда будет приходить ко мне, и пусть я не буду её видеть, она будет рядом до тех пор, пока я вновь не прозрею. - Филипп сделал небольшую паузу. - С последней каплей дождя она исчезла и на месте, где она стояла, остались мокрые следы босых ног, это было странно, ведь сколько бы она не ходила по моей квартире, не оставляла ни следа. Через полгода, когда дождь опять пошёл, я начал искать её по всей квартире, но не увидел её и не услышал, и ещё через полгода, и ещё, и так далее. Но... - Филипп опять сделал паузу - Как же мне было тепло на душе, когда всякий раз, после дождя, я находил рядом с собой мокрые следы. Для меня это был знак, что она выполняет своё обещание и я в ответ выполнял своё - я терпеливо ждал. Постоянно, стоило дождю начаться, я бегал по квартире, разговаривая, и открывая одну дверь за другой, естественно, я разговаривал с ней, и одновременно искал, с надеждой, что за очередной дверью увижу её. Однажды это увидели твои бабушка и дедушка. Испугавшись моего поведения, они положили меня в больницу. В начале я буйствовал, но после начал замечать следы и у себя в комнате. Чувство того, что я не одинок грело душу, я успокоился и продолжил ждать, ждать часа, когда моим глазам вновь предстанет возможность её увидеть.
-И что? С тех самых пор ты больше ни разу её не видел? - спросила Мэри, которая всё это время внимательно слушала его.
Филипп, который рассказывал свою историю с закрытыми глазами, вдруг открыл их и начал смотреть на стену.
-Ну почему же не видел? - сказал Филипп, начав смеяться, после чего по морщинистой щеке потекла одинокая слеза.
Мэри с недоумением посмотрела в ту же сторону, но ничего не увидев, с грустной улыбкой сказала:
-Странный ты, дядя. Мне это в тебе всегда нравилось, ты не был таким, как все остальные, всегда меня понимал. Спасибо тебе за всё. - на глаза Мери начали наворачиваться слёзы. - Спасибо огромное! - тут она уже их не сдержала.
-Мэри, можешь мне кое-что пообещать? - спросил Филипп взяв свою племянницу за руку.
-Конечно могу, что именно? - спросила она утерев слезы и улыбнувшись.
-Никогда не переставай верить!
Мэри немного удивилась, ведь не особо понимала его просьбу, но всё же смогла сказать "Обещаю!".
После этого Филипп на последок улыбнулся и покрепче сжал её руку, после чего отпустил навсегда. Прибор начал издавать звук, давая понять, что его сердце остановилось, а Мэри начала плакать уже не сдерживая себя.
Вошедшие врачи сразу принялись за своё дело, пытаясь спасти Филиппа, но у них ничего не вышло. Мэри, предварительно, вывели из палаты. Через пару минут вышел врач и сообщил ей и так уже известную новость. Тело Филиппа, накрытое белой простынёй, вынесли из палаты. Мэри ещё какое-то время сидела и плакала. Наконец придя в себя она забрала свои вещи и уже собиралась уходить, но решила напоследок зайти в эту палату ещё раз. Зайдя, она увидела кровать, на которой ещё 20 минут назад лежал её любимый дядя. Она провела рукой по ней, она была немного тёплой. Дождь на улице уже начал утихать. Мэри подошла к окну и простояла так ещё немного пока дождь не утих окончательно. Она держала в руках книжку, которую читала, пока Филипп был без сознания. Небо прояснилось и лёгкие лучи Солнца начали озарять город. Незаметно для самой себя, Мэри ослабила хват и книга выпала из её рук. Звук упавшей книги привёл Мэри в себя и когда она хотела нагнуться, чтобы поднять её, она замерла, на глаза опять навернулись слёзы, но не от горя, а от переполняющего душу счастья. На полу, помимо своей книги, она увидела две пары мокрых следов босых ног, по обе стороны от неё.