Отрицание — очень дружелюбный товарищ. Обычно именно Драко с ним в хороших отношениях.
Проклятье. Черт. Драко смотрит на меня так, словно я наивный, доверчивый дурак.
Вспоминаю, как Джинни выпроводила меня из палаты, прежде чем у меня появилась возможность пообщаться с доктором. Как я остановился в дверях и сказал ей, что останусь, лишь бы она сохранила ребенка. Она так старалась заставить меня выйти, прежде чем доктор расскажет правду.
Мне не нужно ничего говорить Драко. Он и так видит, что я понимаю, где правда.
Господи! В то время, я мог просто куда-нибудь уехать с Драко и избавить нас обоих от всех этих странных и запутанных лет.
— Так как вы зачали Эстеллу?
— После Рима мы продержались ровно месяц. Она так злилась на меня, и постоянно сыпала обвинениями, что я не выдержал и снова ушёл от неё. Спустя какое-то время, я был на конференции в Денвере, а она путешествовала с друзьями. Мы встретились случайно в ресторане. Я старался вести себя дружелюбно, но сохранял при этом дистанцию. В ту ночь она появилась в моем отеле. Я был пьян и переспал с ней. Через несколько недель она позвонила мне и сказала, что беременна. У меня даже сомнений не возникло. Так что я просто вернулся к ней. Я хотел ребенка.
Конечно я умалчиваю о том, что напился в ту ночь из-за него. Потому что постоянно думал о том, что он сейчас с другим. И когда Джинни пришла, я переспал с ней, пытаясь заполнить пустоту в груди, которую оставил Драко.
— Так она сказала, что Эстелла не твоя, когда ты сообщил ей, что хочешь развестись?
— Да. Она сказала, что незадолго до той поездки переспала с другим. В ту ночь она пришла ко мне, чтобы заставить меня поверить, будто забеременела именно тогда.
— Это было ложью. Эстелла твоя.
Слышу, как дрожит его голос.
— Она будет продолжать причинять боль и тебе, и Эстелле, пока в твоей жизни буду я. У меня есть муж, — тихо продолжает он. — Мне нужно помириться с ним. Ну а ты, помни, что несешь ответственность за свою дочь…
Все это — Драко, Джинни, Эстелла — разжигает во мне ярость. Быстро подхожу к его креслу, наклоняюсь, положив руки по обе стороны от него на подлокотники, и смотрю прямо ему в глаза. У меня только одно желание — вернуть дочь, но сначала нужно уладить все вопросы здесь. Буду разбираться с проблемами постепенно. Мы громко дышим, когда я произношу:
— Повторяю это в последний раз, так что слушай внимательно, — ощущаю запах его кожи. — Всё, что происходит между нами, реальность. Никто не сможет нас разлучить. Ни Ной, ни Панси, ни, тем более, эта чертова Джинни. Ты мой. Понял?
Он кивает.
Целую его. Глубоко. И ухожу.
Глава 16 "Прошлое"
Мы в Риме. Пока Джинни разговаривает с матерью по телефону, я лежу на кровати и наблюдаю за ней. Закончив разговор, она ложится рядом со мной.
— Что с тобой?
Джинни проводит рукой по моей груди. Но я перехватываю её, прежде чем она успевает добраться до пояса моих штанов.
— Это из-за смены часовых поясов, — отвечаю я, вставая.
Драко.
Подхожу к окну, чтобы оказаться вне её досягаемости.
— Собираюсь принять душ, — говорю я. И прежде чем она успевает предложить, составить мне компанию, закрываю дверь в ванную. Мне нужно побыть одному и подумать, а ещё лучше сбежать.
Вхожу в кабинку и встаю под обжигающую воду. Мне хочется в ней раствориться. Как после всего случившегося жить дальше?
Джинни стучит в дверь. Слышу, как она что-то говорит, но её голос приглушен. Не хочу видеть её. Не хочу видеть себя. Как я мог так поступить? Я практически заполучил его, а потом просто сдался. «Заполучил» — слишком сильно сказано, потому что заполучить Драко полностью невозможно.
«Тебе придется это сделать», — говорю я себе. Я обязан нести ответственность за свои действия. Вина. Необходимость что-то исправить. Сомнение в том, правильно ли я поступаю.
Выключаю воду, и выхожу из ванной комнаты, вытираясь полотенцем. Моя жена, слава Богу спит, на нерасстеленной кровати. Чувствую мгновенное облегчение. Сегодня ночью мне не придется с ней спать. Её рыжие волосы разметались вокруг неё словно огненный нимб. Накрыв ее одеялом, беру бутылку вина и выхожу на балкон. На улице все еще идёт дождь. Устраиваюсь на одном из стульев, закинув ноги на перила. Размышляю о том, что мне никогда не приходилось бы заставлять себя спать с Драко. Потому что, мы просто идеально дополняем друг друга — наши мысли, настроения…чувства.
Если бы Драко сейчас вернулся на это место, под моим номером, я выпрыгнул бы к нему прямо с балкона. «Ещё не все потеряно, — твержу я себе. — Ты можешь узнать, где он остановился. Иди к нему».
Я люблю Драко. Люблю его каждой своей клеточкой, но я женат. И у меня есть обязательства перед Джинни. Я с ней. В болезни и здравии. Был момент, когда я думал, что больше не выдержу...
Верно?
Верно.
Трясу бутылкой. Наполовину пуста.
Кажется я пьян. Допив вино, ставлю бутылку на пол, но она падает и катится с балкона. Слышу звон разбитого стекла. Точно так же разбито и мое сердце.
Закрываю глаза и вижу лицо Драко. Открываю и снова вижу его лицо. Встаю, пытаясь сфокусироваться на дожде, огнях города, но везде вижу его лицо. Пора это прекращать. Ведь я собираюсь быть хорошим мужем для Джинни. Она заслужила это.
Верно?
Верно.
Через четыре дня мы улетаем. Едва мы успели оправиться от смены часовых поясов, как пришло время возвращаться домой. Не могу сосредоточиться на полёте, зная, что где-то в городе остался мой любимый человек. Я искал Драко в аэропорту, в ресторанах, в такси, которые проезжали мимо меня. Казалось, он был везде и нигде. Каковы шансы, что он полетел бы с нами одним рейсом? Если так, то я бы…
На нашем рейсе его не было. Я думаю о нём все девять часов, пока мы пролетаем над Атлантикой. Вспоминаю наше дерево, кафе "У Джексона", апельсиновую рощу...Помню, как постоянно боялся, что он бросит меня. Все было так по-детски и трагично.
Смотрю на свою жену. Она читает журналы и пьёт дешевое вино. Делает глоток и морщится.
— Зачем тогда заказывала, если не нравится?
— Это лучше, чем ничего, — отвечает она, отворачиваясь к окну. Открыв книгу, которую взял с собой, думаю о том, что на девять прекрасных часов Джинни оставила меня в покое. Никогда еще я не был так благодарен дешевому вину.
Мы прилетаем в Майами. Джинни идёт в туалет, чтобы подправить макияж, а я встаю в очередь за кофе. Когда мы добираемся до выдачи багажа, я нахожусь в самом худшем настроении за всю свою жизнь.
— Что с тобой? — спрашивает Джинни. — В последнее время ты какой-то рассеянный. Это очень раздражает.
Посмотрев на неё из-за стекол очков, хватаю один из её чемоданов. Какой же он тяжелый. Кто путешествует с двумя тяжёлыми чемоданами, когда уезжает всего на пять дней?
— Поехали домой, — говорю я спокойно. — Хочу наесться и проспать двенадцать часов.
Она встает на цыпочки и целует меня в губы. Потребовалось усилие, чтобы ответить на поцелуй.