— Да как-то сами справляемся, — пожала плечами мадам. — Местные нас не трогают.
— Понятно, — по-деловому кивнула ведьмочка. — А почему не трогают? Стражи боятся? Или поживиться нечем?
— Да нет… Поживиться всегда есть чем. Просто о нашем доме слухи не очень хорошие ходят, вот его и обходят стороной.
— Слухи? — нахмурилась Алиска, внимательно посмотрев на хозяйку борделя. — Какие слухи?
— Люди поговаривают, что бывший хозяин заворожил наш дом — если кто сунется без приглашения, будет проклят.
— П-ф-ф-ф! — пренебрежительно фыркнула ведьмочка. — Заворожил… Сказки это. Такое я бы сразу почувствовала!
— Сказки не сказки…– пожала мадам плечами. — Но люди верят. А стража к нам редко заходит.
— Раз в месяц — по ним часы сверять можно, — вылезла из-за тяжёлой гардины, ведущей то ли в коридор, то ли в одну из комнат худенькая рыжая девчушка с забавными конопушками на лице. — Чтобы дань собрать и нас бесплатно попользовать.
— А ну цыц! — строго прикрикнула на девушку хозяйка борделя. — Скройся! Вы не обращайте внимания на эту дуру…
— Врёт? — удивлённо пробормотала Алиса, с интересом присматриваясь к незнакомой девушке.
— Да нет… Не врёт… Просто, язык у неё без костей, — вздохнула мадам. — Я ей его когда-нибудь точно укорочу. Всё! Иди! — махнула она рукой в сторону девушки.
— Погоди! — заинтересовалась ведьмочка. — А ну-ка, позови её обратно…
— Эй! Рыжая! — хорошо поставленным командным голосом выкрикнула бывшая баронесса.
— Да, мадам? — снова вынырнула из-за портьеры знакомая рыжая мордашка.
— С тобой тут поговорить хотят…
— Я девушек не обслуживаю, — надула губки конопатая. — Вы же знаете, мадам.
— Да рот свой закрой! — не выдержала и снова гаркнула Ле Гранж. — Дура! Просто поговорить!
— А-а! — улыбнулась девчушка. — Ну поговорить всегда можно — язык у меня хорошо подвешен…
— Как звать? — Алиса неторопливым шагом приблизилась к девушке и внимательно посмотрела в её ярко-зелёные глаза.
— Златка я.
— А у тебя в роду, случаем, ведьм не было? — задумчиво произнесла студентка академии, не преставая пристально рассматривать новую знакомую и ощущая в её ауре едва заметный, тоненький ручеёк ведьмовской силы.
— Не знаю, госпожа, — пожала девушка плечами. — Может и были… Вполне возможно, я незаконнорождённая дочь барона Вайдхоллоу. А может и самого Императора. Говорят, он к моей мамке в бордель часто захаживал по молодости…
— Придержи язык, дура! — рявкнула мадам в очередной раз, гневно сверкнув глазами.
— Простите, госпожа, — без капельки сожаления произнесла девушка и как ни в чём не бывало снова повернулась к Алисе. — Я не знала своих родителей. Мадам Луиза забрала меня из приюта три года назад. С тех пор я здесь.
— Из приюта? — нахмурилась ведьмочка. — И сколько тебе было?
— Пятнадцать, госпожа.
— Хм… И как? Не жалеешь?
— Ничуть, — девушка бросила украдчивый взгляд в сторону мадам. — Тут тепло и сытно… И кров над головой всегда есть.
— А то, что тебя тут другие мужчины пользуют?
— Ну и что⁈ — с вызовом в голосе фыркнула Злата. — Они за это хоть платят и не избивают до полусмерти. А будь я на улице — пользовали бы бесплатно. Плавали — знаем…
— Ясно, — вздохнула Алиса. — Рот открой!
— Рот? Зачем? — удивилась девчушка, мельком глянув на свою хозяйку и получив от мадам утвердительный кивок. — То открой, то закрой, — недовольно проворчала она. — Вас не поймёшь…
— Раз я говорю «открой», значит, нужно открыть! — нравоучительным тоном пробормотала ведьмочка, дождалась, пока рыжая откроет рот и отдала новый приказ: — Язык высунь! Сильнее! Хм… Угу… Угу… Горло болит?
— Болит.
— Давно?
— Ну… Мофет пафу мефяцев, — стараясь отвечать с высунутым языком, пожала Златка плечами. — А мофет футь больфе…
— Больше — это сколько?
— Ну-у-у… Мофет полгода…
— Прыщики на теле есть? Сыпь?
— Ну-у-у…
— Да говори уже! Не нукай! — рыкнула Алиса. — И язык уже можешь прятать.
— Ну есть… На попе…
— Рези при мочеиспускании?
— Чё? — непонимающе нахмурилась Злата.
— Говорю, когда в туалет ходишь по-маленькому, писька болит?
— Печёт… Иногда… — задумчиво нахмурив лоб, вспомнила девушка.
— Дерьмо! — выругалась ведьмочка. — Ладно… — тяжело вздохнула, развязала верёвочки на поясном мешочке, недолго порылась в нём и выудила небольшой пузатый пузырёк, протянув его девчушке. — Выпей! Да пей, я говорю! Хворь пройдёт, а новые не будут цепляться ещё три месяца как.