— К сожалению… — епископ развел в сторону руками, облачёнными в чёрные перчатки, — к сожалению, время поджимает… Так как? Каков ваш ответ, Агата?
— К сожалению, я не готова… — осторожно проговорила суккуба, внимательно следя за игрой эмоций на лице собеседника.
— Понимаю… — кивнул Фелипе.
— У меня тут столько дел… То мыши зерно погрызут, то вино в погребе разольётся… То монашки устроят непонятно что… Они же как дети малые…
— Понимаю, понимаю… — повторил епископ. — Ну что же… — тяжело вздохнул он, остановившись и развернувшись на месте. — Если передумаете — просто сообщите мне.
— Конечно, Ваше Превосходительство! Обязательно! — дала лживое обещание Мими.
— Ну и славно, — удовлетворённо и ничуть не расстроившись, хмыкнул епископ. — Тогда, разрешите откланяться?
— Да, Ваше Превосходительство… Была рада снова увидеть вас.
— И я вас… — усмехнулся Фелипе, ненароком показав в улыбке ряд ровных, белоснежных зубов. — И я вас… матушка… — ещё раз кивнул и быстрым шагом двинулся в обратный путь.
— Ну? Как всё прошло? — дождавшись, пока епископ отойдёт на безопасное расстояние, к Мими бесшумно подошла Алиса, став рядом с подругой.
— Мне кажется, этот мудень меня узнал, — задумчиво пробормотала юная герцогиня.
— Узнал? Тебя — тебя, или тебя — матушку?
— Меня. Под личиной матушки, — как можно понятнее объяснила Мими.
— Почему ты так решила?
— Не знаю… — пожала она плечами. — Чуйка. И ещё это постоянное ударение на «матушке»… Он как будто с издёвкой это произносил. Да и возбудился он неслабо — старый извращенец! Ты же знаешь, я такое чувствую. Была бы его воля — прямо тут, между деревцами повалил меня на землю, задрал рясу и отодрал как следует…
— Ну, в этом его сложно винить, — философски заметила Алиса. — Матушка сама по себе симпатичная, а тут ты ещё со своей аурой суккубы голову морочишь людям.
— Нет, — помотала Мими головой. — У него прям животное желание было — он еле сдерживался…
— Хм… Понятно… И что это значит?
— Если бы я знала… — вздохнула юная герцогиня.
— А чего он вообще хотел от матушки? Ну, кроме того, чтобы присунуть ей между грядками?
— Да я откуда знаю! — фыркнула Мими.
— Ну он же с тобой разговаривал о чём-то?
— Разговаривал. Но никакой конкретики — общими фразами. Как и я с ним.
— Погоди, — нахмурилась ведьмочка, — но если он понял, что ты не она, почему он ничего не сказал?
— Может подумал, что я не поняла, что он понял.
— Чё?
— Да ничё, — отмахнулась Мими. — Не забивай голову. Я сама нихрена не пойму. Нам нужно найти Клариссу, может она что-то прояснит. Пошли, — распорядилась суккуба, свернув с аллеи в сторону неприметного бокового входа в стене монастыря.
— А где мы её искать-то будем? Я даже не знаю, где её комната…
— Скорее всего, где-то рядом с кельей матушки. Разберёмся… — вздохнула юная герцогиня, пропустила Алису в низкую дверь и прошмыгнула следом.
Две подруги в задумчивом молчании поднялись на третий этаж и двинулись по длинному, широкому коридору…
— Госпожа! Госпожа! — окликнули Мими на полпути звонкие девичьи голоса, а следом за ними по коридору разнёсся торопливый цокот подошвы о каменный пол.
— Да? — удивлённо обернулась Мими, придержав Алису за локоть.
— Мы можем проводить вас, госпожа? — робко, будто боясь, что их прогонят, произнесла Мария.
— Знаете, где комната Клариссы? — внимательно глянув на двух стоящих напротив неё монахинь, как-то неуловимо изменившихся за эту ночь и осанкой, и дерзкой уверенностью в глазах, и заметно порозовевшими губками, поинтересовалась суккуба.
— Да, госпожа! — торопливо кивнула Серафима. — Дальше по коридору направо, третья дверь слева.
— Ведите! — разрешила Мими, пропуская монашек вперёд.
— А почему это эти две мандавошки тебя госпожой называют, а не матушкой? — шёпотом поинтересовалась Алиса, задумчиво глядя в спину монахиням.
— Долгая история… — поморщилась суккуба.
— Понятно… Но я всё равно не прочь услышать её.
— Ещё услышишь, — пообещала Мими. — Пошли…
Подруги пересекли пустынный коридор, свернули на повороте и вошли в услужливо приоткрытую дверь чужой кельи.
Келья сестры Клариссы оказалась самая что ни на есть простая — узкая кровать, стол, стул, шкаф и сундук.
Парочка монахинь стали по разные стороны двери и замерли там каменными изваяниями. Алиса недовольно посмотрела на них, переглянулась с пожавшей плечами Мими и принялась за обыск…
Сундук…
Шкаф…
Одежда…
Кровать…
— Чёрт! Даже постель поменяна! Как можно в такой стерильной чистоте жить? — быстро проверив подушку, разочарованно выдохнула ведьмочка, села на кровать, задумчиво оглядела комнату и тут же опустилась на колени, принявшись водить ладонью по каменному полу. — Есть! — торжественно объявила она спустя несколько секунд и тут же снова нахмурилась, рассматривая на свету два длинных волоса — тёмно-рыжий и иссиня-чёрный. — А сестра Кларисса у нас рыженькая или тёмненькая?