– Ты про татухи? – улыбнулась Рута и заговорческим шёпотом произнесла: – Это руны!
– Я слышал про руны. Это норвежские буквы до латиницы, – Винс попытался оправдать свое невежество, – но тебе они зачем?
– Ничего-то ты и не знаешь о рунах, глупыш, – на этот раз девушка расплылась в широкой улыбке, затем поднесла палец к губам, – тсссссс. Главный бог мудрости и поэзии Один распял себя на дереве Иггдрасиль, чтобы познать тайны смерти и вечной жизни. Когда он спускался с дерева, преисполненный абсолютным знанием, сломалась ветка и упала на землю. При ударе ветка разломилась еще на девять веточек, которые образовали узор футарк. Смотри, – Рута подошла к одиноко стоящему, видимо брошенному, автомобилю и на пыльной поверхности капота, не отрывая палец от металла, начертила фигуру, напоминавшую ковровый орнамент, – это футарк. Люди разделили этот узор на мелкие фигуры и назвали их рунами. Всего получилось двадцать четыре символа. Учитывая, что весь футарк это отражение всех знание о жизни и смерти, каждый по отдельности символ является воплощением какого-то одного аспекта этих знаний. – Она развернула руку ладонью вверх и показала правое запястье. На нем белыми чернилами сиял знак. – Это Феу – первая руна футарка. Руна благополучия. В ней нет ничего духовного. Деньги, власть, ресурсы, – она показала пальцем чуть выше запястья. На предплечье выделялся другой знак. – Это Уруз – сила, мощь, энергия и никакого созидания. Только разрушение. Очень опасная руна. Разрушает, прежде всего, неподготовленного носителя. А эта, – Рута сжала локоть…
– На букву «т», да? – улыбнулся Винс.
Девушка улыбнулась в ответ, обняла своего молодого человека и звонко чмокнула в губы.
– Умничка моя! – Это Турисаз – источник жизненной силы!
– Я понял, малыш, – Винс схватил в объятия девушку и прижал к себе. – Не отпущу, пока не назовешь свой истинный возраст. Чувствую, это северное колдовство тебя явно молодит.
Ведьма послушно обмякла в объятиях молодого человека и прижалась губами к его уху.
– А сколько не жалко дать? – прошептала она.
– Ну, выглядишь ты не больше двадцати! – медленно по слогам произнес молодой человек.
– Ах ты – гад! – девушка резко оттолкнула парня. – Тут стараешься изо всех сил выглядеть на восемнадцать! Маски каждое утро, походы к косметологу, чтобы какой-то козел сказал, что я старая?!
– Упс, прости родная, честно не хотел. Тебе, правда, не дашь больше восемнадцати. Я когда впервые тебя увидел, первой мыслью была спросить у тебя паспорт, чтоб педофилом в тюрьму не сесть. Просто ты же ведьма Ковена! Не в восемнадцать же тебя туда приняли. В самое элитное подразделение! Да там теткам лет по сорок минимум! А ты само воплощение молодости, невинности и хрупкости. До тебя дотронутся страшно. Ты уж прости меня. Я ведь люблю тебя всем сердцем. И думаю о тебе непрерывно.
Рута расплылась в довольной улыбке, обняла парня и прошептала:
– Хочешь, я покажу тебе все руны? – и, не дожидаясь ответа взволнованного Винса, взяла его за руку. – Пойдем, я тут живу не далеко.
Глава 10
– О, верховные служители культа цифровых протоколов и неприступных фаерволов! Идущая на смерть приветствует вас! – сказала Тамура, открывая дверь IT-отдела ногой, потому что обе руки были заняты упаковками с пивом.
– Здравствуйте, майор Хоган! – дружно поприветствовали ее сотрудники. – Закончилась канифоль?
– Я ее ем, что ли? На этот раз мне банально не хватило винтиков. Эм-четыре, если можно, под крест. У вас полно таких должно быть.
Навстречу темной ведьме вышел Луис и забрал из рук пиво. Тамура облегченно завертела кистями.
– Слабый пол как-никак, – прокомментировала она. Я бы с вами опохмелилась, но, как говорится, труба зовет. Пойдем, полялякаем, Луис. Мне так нравится твой кабинетик. Уютный, и курить можно. Халявные сигареты, много крутой техники и полное одиночество. Мне бы такой.
Они вошли в стеклянный кабинет, и темная ведьма вновь села в кресло руководителя, закинув ноги на клавиатуру.
– Как ты вообще, Луис? Не безобразничаешь?
– Он снова на мне? Ваш мутант?
– Ну, какой он мутант, Луис?
– Не знаю. Радиоактивный?
– Какое чудовищное невежество ты проявляешь, Луис, в очередной раз! – Она прикурила сигарету. Затянулась. – Положительные мутации – продукт продуманной генной инженерии. А радиация если и вызывает мутации, то лишь губительные для организмов. Ты боевиков категории «Ц» насмотрелся, что ли? Нет, Луис. Митсу – это демон. Я же демоническая ведьма как-никак. Я за своим демоном спускалась в самые глубины ада. Мне даже пришлось умереть для этого, Луис. Я могу видеть его глазами и чувствовать его щетинистой кожей. И на шее он у тебя не случайно. У тебя там цепочка висела еще в воскресенье. В наш радиационный век, как ты знаешь, Луи, все металлы немножечко фонят и тем самым оставляют мягкий временный след на коже, который мой маленький демон легко фиксирует. И на груди у тебя, Луи, след не от кулончика с сердечком, а от маленького крестика, который ты надеваешь каждый вечер, чтобы ночью во сне беседовать с создателем. А утром прячешь в красивую кедровую шкатулку.