– Что ты делаешь, ангел? – испуганно спросила Мари, на что тот полыхнул, словно напалм, перекинувшись на рядом стоящие деревья. Он кружил спиралью вокруг поляны, с каждым витком увеличивая диаметр пожара, не затрагивая лишь круг, в центре которой стояла его хозяйка. И через несколько минут идеально круглое кольцо огненной стихии зафиксировали сканеры летательного аппарата, зависшего над ней в стратосфере.
– Фиксирую аномалию, – произнес в рацию пожилой мужчина в черной форме, сидящий в кабине пилота за правым штурвалом. Он смотрел в монитор, двигая полоску спектрального сканера в инфракрасный диапазон до максимальных значений шкалы.
– Признаки аномалии? – спросил женский голос в гарнитуре.
– Идеальное огненное кольцо с шириной тора в 11 километров. Несмотря на высокую радиоактивность территории, общий радиационный фон на площади возгорания всего в три-четыре раза превышает допустимую норму, – он коснулся пальцем вспомогательного экрана управления сенсорами. – Визуально фиксировать невозможно из-за плотных облачных масс.
– Уровень радиационного фона облачных масс?
– Критический, – ответил молодой мужчина, сидящий в кресле второго пилота. – Высылаю данные по аномалии и радиационному фону на монитор мостика.
Изображение с инфракрасного сканера тут же заменило собой карту рельефа предполагаемой местности на пятидесятидюймовом мониторе мостика. За картинкой наблюдали две женщины в черных обтягивающих костюмах, одна из которых поднялась с кресла капитана и вплотную подошла к экрану.
– Начать снижение, – скомандовала она. – Принять радиоблокаторы и суточную порцию йода. Защиту корпуса корабля на максимум. Это чей-то стагнум. Давайте-ка посмотрим чей.
Менее чем через минуту они кружили над огненным кольцом, медленно снижая высоту. Огонь также послушно уменьшал высоту пламени, словно приглашая к посадке, пока не погас совсем.
Посреди нетронутой поляны еле стояла на ногах молодая исхудавшая девушка, которая изо всех сил пыталась привлечь к себе внимание, подняв вверх худенькую правую руку.
– Откуда она здесь? – спросила женщина-капитан, выходя из бокового шлюза шаттла. Герметичный шлем на голове не давал проникать зараженному воздуху, но и вместе с тем немного искажал речь.
Её напарница включила громкую связь на маленьком сенсорном пульте, расположенном на запястье.
– Кто ты? – спросила она через внешние динамики.
Мари, пошатываясь из стороны в сторону, попыталась улыбнуться и шагнула навстречу пришельцам. Нога предательски подкосилась, и девушка рухнула на землю.
Помощник капитана осторожно подошла к телу и направила на него дозиметр.
– Этого не может быть, – прошептала она.
– Доложите по форме, лейтенант, – приказала командир.
– Дозиметр фиксирует фон с нулевыми показателями. Погрешность измерения ноль целых семнадцать десятимиллионных микрозиверта.
Капитан подошла к напарнице и забрала дозиметр.
– Нерабочий он у тебя, – сказала она, сняла свою перчатку и направила сенсоры прибора на голую ладонь. На дисплее ноль сменился значением ноль целых пять тысячных микрозиверта в час и цифры начали быстро увеличивать свои значения. Капитан снова направила прибор на тело девушки, и показания вновь упали до нуля. – Давай занесем ее в шаттл, – приказала командир, передавая дозиметр напарнице. Они подняли девушку за руки и за ноги и направились к люку корабля. Через минуту шаттл взмыл стрелой в небо, пронзая вечные тучи, как швейная иголка протыкает материал ткани, оставляя за собой нить газов отработанного топлива.
Через несколько часов Мари смотрела в иллюминатор шаттла, жадно пожирая глазами огромный город, раскинувшийся до горизонта во все стороны и залитый великолепным солнечным светом. Внизу по дорогам двигались автомобили, почти такие же, как в родном городе, только не брошенные десятилетия назад. Высокие небоскребы, многие из которых были гораздо выше полета шаттла, поражали девушку своими формами, размерами и зеркальным покрытием. Между небоскребами, на первый взгляд хаотично, кружили тысячи беспилотников, которые должны были сталкиваться, но не делали этого в силу каких-то автоматических алгоритмов.
Идеально ровные улицы, пересекающиеся под прямым углом, несли потоки людей в ярких одеждах. А главное, везде, из каждого окна, из каждого уголка светило ласковое, но очень мощное солнце. Мари улыбалась, и слезы бесконечного счастья тоненькими струйками текли по щекам пятнадцатилетнего подростка.
– Проснулась? – раздался сзади знакомый голос.
– Где это мы? – не оборачиваясь и не отрываясь от иллюминатора, спросила девушка.