– Ты опять пьяная? – спросил он.
– Скорее, обдолбанная, – ответила она, – смотри. – Тамура как можно сильнее затянулась и начала выпускать кольца дыма, постукивая пальцем по щеке.
– Мама, ты не забыла о нашей задаче? – спросил Томас.
– Ну конечно же, нет, мой занудный сынок, – ответила она. – Пойдем, сервак Ковена взломаем. Давно мечтала.
Они спустились на минус третий этаж и вошли в помещение серверной.
– Видишь вторую слева закрытую стойку, мама? Там вся телекоммуникационная инфраструктура Ковена. Там же и центральный сервер на позиции сорок четыре юнита. А также симметрично снизу на позиции три юнита закреплен сервер горячего резервирования. Они меняются ролями мастер-слейв каждые двадцать минут. Нам достаточно обесточить любой. Стекло фронтальной двери – ударопрочное. Но с боков стойка имеет тонкие съемные стены.
Тамура обошла стойку сбоку, сжала кулак, дождалась максимального накопления энергии экзоскелета и ударила по металлу боковой двери. Та прогнулась и вышла из пазов. Темная ведьма без труда выдернула ее с оставшихся креплений. Она пальцем отсчитала нужный блок и выдернула шнур питания.
– Это был сервер систем безопасности, мама, – сказал Томас. – Он управляет системой автоматического уничтожения противника.
– Упс, – ответила Тамура и выдернула питание из следующего блока.
– То, что нужно. Теперь отключи оптический пигтейл, просто выдерни.
– Ну, ты меня совсем за дуру-то не считай. Я вообще-то тебя создала. – Она аккуратно отсоединила разъем соединяющего патч-корда. – Теперь нужно инициализировать его?
– Да. Подключи обратно кабель питания и нащупай джампер на задней панели. Переведи его в противоположное положение и нажми кнопку запуска сервера.
– Сделано, – сказала Тамура, произведя манипуляции.
– Теперь мне нужно время. Предположительно одиннадцать минут. Я создам беспроводное пиринговое соединение и загружу туда себя.
– Хорошо, – ответила темная ведьма и уселась на пол, прислонившись спиной к стене. Она постучала по полу ладошкой, приглашая присесть Предтечу. Затем достала две сигареты из пачки и одну протянула ему. Тот задумался на секунду, но все же взял сигарету.
– Я не умею, – сказал Предтеча, рассматривая сигарету. – И на ней кровь.
– Я тебя научу. Смотри! – Она прикурила свою. – Ииии,– затянулась она глубоко, – шааааак. А на кровь не смотри. Вкуса не портит. Здорово, правда?
– Я не знаю, – улыбнулся Предтеча, выпуская дым.– Разве только что драконом себя ощущаю.
– Ты прав. Нечего добро переводить. Больше не получишь, – она еще раз глубоко затянулась. – Расскажи мне лучше про него? Про бородатого еврея, который целый город у людей отжал и никого туда не пускает. И которого я куда-то понесу. Больше ничего про меня не вещал?
– Он дал нам сны.
– Ондалнамсны! Хм, звучит как абхазское вино из старых фильмов, – усмехнулась Тамура. – И кстати, ученые до сих пор не понимают, зачем нам сны. И ты сейчас, конечно, все объяснишь.
– Ты видишь сон. Людей, местность, животных. Но ты же понимаешь, что это никакой не другой мир. Это все твои проекции. То есть, это все ты. И люди, с кем ты общаешься, и собака, которая обнюхала тебя, и дерево рядом, и мама твоя – все ты.
– Мы все снимся Богу?
– В очень отдаленном представлении. Мы все – Его проекции. Каждый из нас это и есть – Он. И не только мы, а все, что вокруг. И даже само время это – Он.
– Вся твоя теория коллективного солипсизма вдребезги разбивается о тот факт, что мы разговариваем с тобой на эту тему, – ответила Тамура. – Бог в двух своих проекциях рассуждает о том, что он Бог, рассуждающий в двух своих проекциях.… И так далее по рекурсии.
– Осознание – это часть пробуждения. Ты же знаешь историю мира. Все зародилось из ничего. Сначала был просто газ. Потом искрой божьей зажглись светила в этом газе. Очень долго все происходило. Ведь, несмотря на размеры и грандиозность вселенной, самого осознания в ней почти не было. И сам масштаб вселенной был направлен только на то, чтобы в ней появился хотя бы один шанс на жизнь. Один шанс на миллиард или даже на триллион. И Он создал этот триллион…
– Мама, подключай меня к основному серверу пигтейлом, – перебил Предтечу Томас. – Я готов атаковать. Правда, пока не знаю, с чем имею дело. Если ничего не получится, просто разбей очки.