Я рассматривала браслет и понимала, что опять куда-то влезла. На мой невысказанный вопрос лайз выдал инструкцию по применению, а я с ужасом придумывала, как объяснить наличие у меня такой штучки. В общем всё получилось, книга по желанию появлялась в руках, и по желанию же исчезала. Если не знать, что это действие древнего артефакта, казалось, что настоящее волшебство. Я тяжело вздохнула, и вызвала смотрителя. Если она заметит браслет, который я предусмотрительно прикрыла длинным рукавом балахона, придется объяснять откуда он, а так – невиноватая я. Женщина ничего не спросила, что удивительно, ведь я должна была взять книгу, но в руках у меня ничего не было. Она проводила меня до выхода, и даже не оглянулась, когда я с ней прощалась.
На улице все еще жарко светило местное солнце, что интересно, на местном языке его название было Соц, что значит жизнь, но мы попаданки по-прежнему называли его солнцем. В хранилище я провела несколько часов, немного продрогла, поэтому сейчас с благодарностью принимала тепло, и довольно жмурилась. Лайз напомнил о походе в магазин, и сразу выдал направление.
Рокс плавно летел в нужном направлении, а я размышляла над тем, что всё-таки вокруг меня происходит. Сначала печать, теперь артефакт, представляю, сколько стоит такая вещица. Но почему-то не было страшно, ведь по идее я воровка, но никаких угрызений совести не испытывала. Если начнут задавать вопросы, то просто всё свалю на лайз, тем более говорят, что сильный маг может считать данные с другого устройства. Я вздохнула, и выкинула все мысли о ворованном браслете из головы.
Магазин, в который меня привел указатель, был похож на минимаркет. Здесь можно было купить всё, от еды до мыльно рыльных принадлежностей. Я ухватила плывущую по воздуху корзину, и потопала вдоль стеллажей.
Здесь людей было побольше, чем в библиотеке, поэтому старалась попусту по сторонам не смотреть. Быстро собирала минимум, и старалась уложится по средствам. Архивариусам можно было набирать продукты на определённую сумму в день. Надо сказать, что сумма приличная, но я помнила, что потом мне все это придется отрабатывать не один год.
Недалеко раздался веселый девчачий гомон. Группа девушек-магичек, в разноцветных одеждах, как экзотические птички, порхала вдоль прилавков, о чем-то переговариваясь. Надо сказать, что магичкам мода была нипочем. И, если в свете сейчас была мода на сдержанные пастельные тона, и платья в стиле ампир, то магички могли красоваться в ярких, похожих на сари платьях и спортивных костюмах, которые тоже были не таких серых тонов, как мои.
– Вы не представляете себе, – услышала в этом гомоне один из голосов,– Он меня пригласил на танец, а вредная маман сказала, что его род слабеет, и нужно приглядеться к другим золотым родам. – девушка хихикнула и посмотрела в сторону, куда уставились все девчонки и я в том числе.
Если можно было меня в этот день еще больше поразить, то это свершилось. Возле одного из прилавков стоял мой несостоявшийся «хозяин», тот, в чью очередь стать измарой, я попала.
Парень был высок, немного костляв, хотя я прекрасно помнила его силу, когда он пытался задержать меня на знакомстве подольше. Меня прошиб озноб. У него были черные глаза при совершенно белой шевелюре, и яркие красные губы, которые притягивали к себе взгляд.
– Ну и дура, – услышала я голос второй девчонки, – У него столько денег, что магия встает на вторую ступень.
– Да, – вздохнула первая девушка, – Но маман не уговоришь, а он такой красавчик, – претендентка на мужа тяжело вздохнула.
Я, еще немного ошарашенная, решила быстрее смыться из магазина, но по закону подлости, маг оглянулся на пеструю толпу девушек и естественно увидел рядом белое пятно моего балахона, так выгодно выделяющееся на ярком фоне. Я чертыхнулась, и торопливо потопала на выход. Лайз выдал, что покупка оформлена, и данные ушли в казначейство. Я же неслась словно торпеда, понимая, что замечена и опознана. Эх, Алька, ты была права, я маяк для высокородных.
Убежать я, конечно, не успела, прямо на выходе мою руку перехватил маг, и повернул меня к себе. Я, естественно, тут же присела в реверансе, и опустила глаза в пол. Что и говорить, вышколили нас в приюте на славу.