— Девочки и сами могут сделать или позже их работой займешься, а мне сейчас нужно.
Глория выдохнула.
— Карл, Вы мне не даете работать. И за то время, что Вы сейчас спорите со мной Вы и сами могли уже этот текст сделать.
— А что рабы уже научились разговаривать?
— А я по-Вашему, раб? — спросила тихо Глория, глядя на него.
— Да!
— А Вы — нет? — как можно спокойнее задала вопрос она, слегка усмехнувшись.
Карл прищурил глаза и оперся на стол.
— Будь уверена, я постараюсь, вернее, приложу все силы, чтобы тебя уволили! — сказав это, Карл перевернул органайзер так, чтобы все канцтовары, находящие в нём, посыпались на пол. А сам он развернулся и, больше не говоря ни слово, вышел из офисного помещения.
Глория тихо выдохнула, встала из-за рабочего стола, обошла его и принялась собирать канцтовары.
***
Пятничный рабочий день подходил к концу, когда Глория, взяв телефон, вышла на террасу, чтобы переговорить с подругой.
— Привет, Мари, удобно?
— Да, говори, привет.
— Я сегодня не смогу, давай завтра в кафе.
— Глория, ты опять за своё, никаких — завтра. Сегодня и точка.
— Мариша, я не могу, я даже четверти работы не сделала, а уже вечер.
— Тем более нужно отдохнуть, ты уже без сил, вот работоспособность и снизилась. Всё — ты идешь без отговорок. Ждём тебя с Кристиной в «нашем» кафе.
Глория услышала короткие гудки, а значит, Марина нажала «отбой». Она опустила телефон и повернулась, чтобы пойти обратно в офис.
Прямо за спиной стоял и курил Карл.
— Прохлаждаешься, — с усмешкой сказал он.
Глория, по широкой дуге обогнув его, направилась к входу.
— Эй, зайди к Алексею, он ждёт тебя, — крикнул он ей вдогонку.
Глория поднялась на пятый этаж и проследовала к кабинету директора. Настроение стремительно падало. Алексей за три месяца всего пару раз приглашал и то только для того, чтобы высказать что-нибудь нелицеприятное и указать на дверь, демонстрируя, что если ей что-то не нравится, то дверь «там». В остальное время он её не замечал, а если она попадалась ему на пути, то он смотрел, как сквозь неё, что собственно Глории было уже безразлично. За эти три месяца она уже привыкла к такому отношению. Она уже не считала, что терпит эти издевки, а просто была здесь исключительно для себя, потому что ей это надо. И пусть говорят, всё что хотят, она будет идти своей дорогой. Её фокус внимания на своё саморазвитие, а не на то, что о ней думают эти люди.
Диалоги с отцом оказались очень полезными и изменили её взгляд на жизнь. Она перестала «слушать и слышать» обидные слова в свою сторону, понимая, что человек говорит то, чем наполнен, а его слова просто отражение того, что представляет собой сам человек. Так, что Глория просто игнорировала все обидные слова, не воспринимая их и по возможности, и отражая их, не допуская, чтобы они коснулись ранимой души.
После разрешения, Глория вошла в дверь, увидев взгляд Алексея, который как она и подозревала, не нёс в себе ничего позитивного.
— Глория, поясни мне, пожалуйста, почему на тебя опять жалуется весь коллектив, что ты не справляешься с работой?
Она молчала.
В общем, так, у нас в понедельник несколько проектов на сдаче, так что в выходные ты вместе с остальными выходишь на работу, и чтобы всё, что тебе дают, было сделано. Мне всё равно, как ты это сделаешь. Хоть круглосуточно сиди на рабочем месте и там же спи. Работа должна быть сделана и сдана в срок. Ты это уяснила?
Глория, молча, кивнула и, после разрешения, вышла за дверь.
«Вот и погуляла с подругами…»
***
— Ох, Майкл, привет, я опять забыла, да?
— Да, Лора, опять. Ты на работе всё ещё?
— Да.
— Отлично, я такси вызвал, оно тебя внизу дожидается. Так что выходи и побыстрее, поезжай прямиком в салон.
— Майкл, я не могу.
— Только попробуй не приехать. Я тебя ни за что не прощу и больше никогда тебя ни подстригать, ни укладку делать не буду. Ты меня поняла?
Гудки. Глория застонала, понимая, что Майкл не шутит.
Быстро сохранив все файлы, она, предупредив охранника о закрытии офиса, быстро добежала и оказалась в машине такси.