Да, она может зайти сейчас обратно и высказать всё, что думает. А последствия? Её выставят вон из маркетингового агентства, соответственно, она не сможет расти и получать новые знания для развития и роста в «Медлайне». А ведь для нее так важно стало показать своему отцу, что она тоже чего-то стоит, что она неглупая, как все считают. А эти оскорбления, только подстегивали её к действию, хотя и обижали.
Взяв сумочку, она решила отправиться в кафе. Впереди еще два часа вечерней лекции, а она ещё с утра толком не ела. Быстро обогнула лифт, увидев, что у него стоит много мужчин.
«Уж лучше по лестнице, — подумав, поспешила, стуча каблучками по ступеням».
— Ты куда так спешишь! А я, как раз хотел с тобой переговорить и с Алексеем!
Глория подняла глаза, зная по голосу, кого увидит. Марк был, как всегда, с дежурной усмешкой на лице, легкая небритость, похоже только украшала его и без того притягательное мужское лицо. Он стоял на ступеньку ниже, от этого их рост выровнялся, даже с учетом её каблуков. И Глория с ужасом для себя поняла, что прямо сейчас она откровенно любовалась его лицом. Зачем?
Она отвела в сторону взгляд.
— Я… Я хотела покушать… сейчас кофе-брейк.
— А… Ну тогда пошли вместе пообедаем, я тоже голодный, да и разговор есть с тобой… В кафе?
— Да…
— Пойдем!
***
Сделав заказ, он продолжал листать меню.
— Ты всегда так мало ешь? Может еще, что-нибудь закажешь, а то так голодной и останешься. Не бойся меня. Я положительно отношусь к женщинам-гурманам, которые любят хорошо покушать. Ну, так что?
— Я… Нет, мне хватит.
— Ну, смотри сама. В общем, так. Я хотел тебя похвалить. Две последние заготовки для каталога хорошие. Я их подписал и тебе переслал на почту.
— Да, я видела!
— Отлично. И отдельно я выслал новую работу с техническим заданием. Читала?
— Нет ещё. Я… лекцию слушала.
— Ты какая-то другая сегодня… С одной стороны, такая красивая… но грустная. Что не так? Из-за чего-то расстроилась? Или Алексей опять какую-нибудь гадость сказал, или Ольга?
Глория дернулась, не ожидая такого вопроса от Марка. И сидела в замешательстве, не зная, что ответить.
— Значит, я прав… Знаешь, я ведь знаю Ольгу и Алексея не первый день, знаю их манеру пренебрежительного общения с подчиненными. Это с равными они говорят на равных, а с другими…
Глории было удивительно слышать такие слова от Марка, он ведь тоже с ней и с подчиненными никогда не церемонился, а говорил, что называется «в лоб».
— Не обращай внимания на них. А я, пожалуй, поговорю с ними, а то если их не сдерживать… В общем решено, поговорю.
— Нет, пожалуйста, не надо… Это будет выглядеть, что я нажаловалась, а я так не хочу…
— Я понимаю, но так они «заклюют» тебя совсем. Ты, итак, вон какая неуверенная и грустная, так и до срыва недалеко, а мне надо, чтобы ты работала и улыбалась… — он замолчал, как будто, что-то не то сказал.
А Глория почувствовала, какую-то безмерную благодарность этому человеку за поддержку и теплые слова.
— Спасибо, Марк, — сказала она как можно искреннее.
— Ладно, доедай, давай свой салат и пойдем!
***
После вечерней лекции форума Марк и Алексей встретились в кабинете переговорной.
— Алексей, ты видел, что я одобрил последний вариант двух каталогов. Их можно корректировать, вставлять в форму и отправлять в печать.
— Макеты и текст, еще сырые и требует доработки.
— Ну, если ты так считаешь, дорабатывайте. Только пусть этим занимается Глория!
— Ещё чего, чтобы «эта» всё напортачила, а потом за ней сто раз переделывать. Ну, уж нет!
— «Эта» — теперь моя подчиненная и я отвечаю за качество её работы. Тем более мне уже надоело, что ваши доработки, хуже тех макетов, что я утверждаю. Как так получается? И вот опять в среду смотрел вышедший тираж. Мне его весь браковать?
Алексей чуть слышно скрипнул зубами. Он «не переваривал» Марка, но понимал, что он выступает от лица заказчика. А заказчик имеет право на браковку тиража.