– Я люблю тебя, Викочка! Слышишь, я люблю тебя, моя маленькая жена! – крикнул Сторожев и крепко обнял ее.
– И я люблю тебя, Сашенька, – взволнованно ответила она. – Очень тебя люблю!
Комнату залил нежно-голубоватый свет. Бесстыдно подглядывая в окно, на них смотрела таинственная луна. Казалось, она улыбалась. Может быть, радовалась вместе с ними. Повернувшись на бок, Александр с грустью посмотрел на свою молодую жену. Он трепетно погладил ее шелковистое, нежное тело и тяжело вздохнул. Подняв голову, Виктория ласково взглянула на него и улыбнулась. Не отводя глаз, они восторженно смотрели друг на друга. И было в их взглядах столько силы, любви и нежности, что никакие слова на свете не смогли бы это выразить. Прижавшись друг к другу, Вика и Александр постепенно вернулись на землю.
Неожиданно за стеной послышались ругань, женский крик и жалобный детский плач. Что-то упало и зазвенело. Завизжали дети. Затем, хлопнув дверью, кто-то выбежал в коридор.
Виктория вздрогнула и прижалась к мужу.
– Прости, малышка! Что поделаешь, здесь как в коммуналке, – угрюмо заметил Александр и погладил жену по голове.
Виктория слегка отстранилась и сердито нахмурилась.
– Сашенька, но ты же голодный. А я тебе столько вкусного привезла! Давай я сейчас быстренько сбегаю в душ, а потом накрою на стол, – проговорила она и, подхватив простыню, спрыгнула с кровати. – Хотя нет, наверное, сначала иди ты. А я пока поколдую на кухне.
– Как скажешь! – рассмеявшись, ответил Александр и приподнялся.
Не моргая, он как завороженный смотрел на жену. Улыбнувшись, Виктория кокетливо вильнула белоснежными бедрами и обернула тело простыней. Затем подбежала к стене и ударила ладонью по выключателю. В комнате вспыхнул свет. Девушка зажмурилась, а следом за этим по-детски приоткрыла сначала один, потом другой глаз и посмотрела на мужа. У него был настолько смешной, удивленный вид, что она рассмеялась. Вымученно улыбнувшись, Александр опустил голову и тихо, чуть слышно выдавил из себя:
– Викочка, ты меня мучаешь! Иди, пожалуйста, ко мне!
– Нет, сначала надо поесть! – строго ответила она и выбежала в коридорчик.
Из-под входной двери медленно сочился холодный воздух. Вздрогнув, Виктория открыла сумку и достала пакет с одеждой. Накинув на себя тонкий китайский халат, сшитый из ярко-красного шелка, девушка слегка поежилась и поискала тапки. Конечно, лучше бы сейчас облачиться в свитер и вязаные носки, но ей так хотелось выглядеть привлекательной. Сунув ноги в красивые, бордового цвета тапки с меховой опушкой, Вика взбила волосы рукой и бросила взгляд в зеркало. Маленькое, с темными разводами, оно все-таки говорило правду: Виктория выглядела великолепно! Самодовольно улыбнувшись, девушка вытащила пакет с вещами Александра и поспешила в комнату.
Натянув на себя брюки, Саша задумчиво стоял у окна.
– Сашенька, возьми. Это твои вещи! – сказала Вика и протянула ему пакет. Затем нерешительно добавила: – Наверное, ты хочешь переодеться…
Быстро повернувшись, Александр схватил Викторию за запястье и притянул ее к себе. Пакет выпал у нее из рук.
– Девочка моя! Викочка! – с болью воскликнул Александр и встал на колени. Обхватив руками ее бедра, прижался головой к ее животу и произнес: – Спасибо тебе, родная! Спасибо за все! Ты моя декабристка! Ты как Мария Волконская. А ведь тебе нет еще и двадцати…
– Да ладно! – усмехнувшись, ответила Вика и погладила мужа по голове. – Мне до нее далеко! Я лишь приезжаю к тебе время от времени, а она жила рядом с супругом постоянно. К тому же, кажется, Волконская родила в ссылке детей.
– И мы родим! – подмигнув, уверенно сказал Александр и, подхватив с пола пакет, направился в ванную.
Виктория была на седьмом небе от счастья. Ее переполняла энергия, она словно летала на крыльях. Вика любила и была любима и не обращала внимания на трудности. Ее не страшили ни этот барак, ни холод, ни маленькие убогие комнаты. Наверное, не зря говорят, что с милым рай и в шалаше! Больше всего на свете Виктория хотела сейчас сделать Александру приятное. Ей так хотелось устроить для него праздник. Пусть маленький, пусть скромный, но Саша должен почувствовать, как она его любит! Подхватив клетчатую сумку с продуктами, Виктория торопливо достала оттуда пластмассовые судки и небольшие свертки, обернутые фольгой. Спрятав еду в холодильник, Вика похлопала ладошкой по столу. Рука прилипала к столешнице. Вытащив предусмотрительно захваченную с собой тряпку, девушка налила на стол ароматное жидкое мыло и старательно вымыла его. Мурлыча под нос веселую детскую песню, Виктория накрыла столешницу белой накрахмаленной скатертью и поставила на нее одноразовые тарелки. Затем положила рядом ярко-красные салфетки. Быстрыми легкими движениями разложила пластиковые вилки, ножи и поставила маленькие стаканчики с гофрированными краями. Отойдя в сторону, Виктория повернула голову набок и окинула сервировку внимательным взглядом. Все выглядело вполне пристойно! Виолетта Генриховна похвалила бы ее. Облегченно вздохнув, Вика прислушалась к звукам, доносящимся из ванной. Вода уже не лилась. Значит, Саша скоро оттуда выйдет.