– Так, – спокойно отодвинув Таргонина в сторону, произнес Гончаренко. – Разрешите мне как другу детства и представителю силовых структур похлопать нашего победителя по плечу. – Помолчав, Николай достал из внутреннего кармана пиджака маленький красный мешочек, похожий на тот, в котором дарят ювелирные украшения, и протянул его Сторожеву. – Экстренная сим-карта для связи со мной. Обращайся, дружище! Я всегда готов пособить!
Обнявшись, друзья начали искренне поздравлять друг друга. Глядя на них, Виктория умиленно улыбнулась и незаметно смахнула слезы с лица. Столько приятных событий, любви и радости в один день у нее еще не было. Видимо, на небесах мама молилась о ее счастье.
– Так, мальчики! А ну, бегом усаживайтесь за стол! – взяв себя в руки, громко скомандовала Вика и перевела взгляд на Таргонина. – Максим, закрой, пожалуйста, кабинет. Я полагаю, что нам пора начинать совещание.
Уверенно подойдя к шкафу, Виктория открыла бар и быстро достала оттуда бутылку коньяка «Метакса». Следом вытащила бокалы с зауженным верхом.
– А вот вам ручки, чтобы записывать самые светлые и мудрые мысли! – протянув бокалы, произнесла она и ловкими движениями поставила на стол коробку конфет и блюдечко с оливками. – Присаживайтесь, господа, присаживайтесь! Нам есть что обсудить!
Радостно ухмыльнувшись, мужчины переглянулись и послушно сели за стол.
Глава 18
Виктория тяжело вздохнула и вышла из детской комнаты.
В зале было темно и немного прохладно. Было слышно, как по подоконнику барабанил осенний дождь. Тихо, монотонно, въедливо. Протяжно завывая, на улице гудел разгулявшийся ветер. Стянув кофту на груди, женщина задумчиво подошла к окну. Словно смеясь над ней, ветер ударил в стекло холодными брызгами. Цепляясь за жизнь, желтый кленовый листок испуганно прижался к оконной раме и, вздрогнув, обреченно упал вниз. За пеленой густого дождя едва угадывалась дорога. Виктория не видела на проезжей части света автомобильных фар. Какая-то парочка, спрятавшись под широким мужским зонтом, пробежала в обнимку. Угрюмо опустив голову, Вика поправила штору на окне и перевела взгляд на часы.
На электронном табло высветилось время – ноль сорок восемь. Сжав губы, взволнованная Виктория вытащила из кармана тонкий, недавно подаренный ей коммуникатор с сенсорным экраном компании Nokia и дотронулась до строчки «Любимый». Прижав телефон к уху, она взволнованно вслушивалась в протяжные, безразличные к ее тревогам гудки. Сторожев не отвечал. По щекам женщины покатились крупные соленые слезинки. Накинув на себя плед, Виктория легла на диван и задумалась.
С тех пор как Александр победил на выборах, прошло почти полтора года. Это было не легкое, но очень интересное время. С головой погрузившись в дела города, Сторожев все больше и больше отдалялся от дел фирмы. Руководство компанией постепенно легло на плечи Виктории – так единогласно решили соучредители. Но женщину это ничуть не огорчало. Она как никто другой радовалась успехам своего мужа. В Синегорске об Александре говорили с изумлением и восторгом. Люди судачили о нем, словно он был кем-то вроде космического пришельца. Его подход к делам, честность и принципиальность просто выпадали из существующих шаблонов. Попасть на прием к Сторожеву могла любая старушка! Он помогал детским домам, ремонтировал студенческие общежития, ломал чиновничьи схемы откатов, отправлял лечиться больных детей в Израиль, лично раскрыл дело таможенников, крышующих контрабанду леса полякам. Для жителей Синегорска, привыкших отожествлять власть с поборами, это было удивительно и даже противоестественно. За глаза некоторые коллеги называли Александра чокнутым.
Бóльшую часть времени он отдавал работе в городском совете. Смеясь, Сторожев не раз говорил, что в горсовете он не работает, а воюет. Он боролся за правду, за справедливость, готов был отстаивать права каждого человека. Сразу после выборов Александр возглавил городскую организацию партии «Реформы и порядок», входившую в блок «Наша Украина». Учитывая его опыт работы в строительстве, Сторожева единогласно избрали главой комиссии по вопросам градостроения и архитектуры. Ему доверили создание генерального плана застройки города. В последнее время Александр стал правой рукой мэра. Именно Евгений Иванович все больше и больше втягивал его в партийную работу. Мэр постоянно твердил, что выборы президента не за горами и Ющенко нужна надежная команда во всех регионах. Поэтому Сторожев делал все, чтобы поднять рейтинг их партии. Виктория искренне гордилась достижениями своего мужа.
Вместе с тем молодая женщина осознавала, что Александр отдаляется не только от дел фирмы, но и от семьи. У него просто не хватало времени ни на что, кроме работы. Убегая из дому рано утром, он до позднего вечера задерживался в своем кабинете, ставшим также и его партийным офисом, и общественной приемной. Возвращаясь домой, Сторожев сразу ложился спать. Порой у них с Викой не было времени даже на то, чтобы поговорить. Любовью они тоже занимались теперь намного реже. Ужин при свечах, посиделки с друзьями стали для них большой редкостью. Нет, Александр все так же трепетно относился и к жене, и к Любаше. Он засыпáл кабинет Виктории цветами, дарил ей дорогие подарки и даже, как школьник, писал любовные СМС-ки. Летом Сторожев впервые отправил жену и дочь на отдых в Египет. Правда, они были там без него. Виктория старалась его понять, пыталась поговорить с ним, но Александр лишь отшучивался. Целуя ее, он твердил, что отдал ей в руки свою империю, что она его боевая подруга и обязана ему помогать. И Виктория старалась.