Он вынул из папки бланк повестки, быстро заполнил его и положил передо мной на тумбочку.
- Послезавтра, в четырнадцать ноль-ноль, - сказал он тоном, не допускающим возражений, - кабинет триста пять. Забывать не советую.
Следователь встал, пошел к выходу и взялся за дверную ручку. Приостановился и, практически не обернувшись ко мне, сказал:
- Зато советую обстоятельно поговорить с врачом, лечащим вашу жену. Насчет перспектив ее выздоровления.
Дверь за ним закрылась, а я все пытался понять, какой смысл он вложил в свою последнюю фразу. Настроение сделалось еще ужаснее, хотя до этого момента я думал, что оно и так хуже некуда.
Я набрал на мобильном телефоне номер Серякова, но механический женский голос объявил мне, что «абонент вне зоны действия связи».
Тогда я набрал номер Шляхтина. Он на связь вышел, но на все мои высказывания по поводу прокурорского произвола лишь рассмеялся.
- Ничего страшного, приятель, - сказал он. – Обычная прокурорская процедура. Соберут формальное дело, которое кончится либо вообще ничем, либо опять же формальным, скорее всего закрытым решением суда с оправдательным вердиктом. Могут и отложить это дело в долгий ящик, но все это не страшно, уверяю тебя.
- Мне б такую уверенность, - пробормотал я про себя, но все-таки слегка успокоился. Поговорил с Семеном о его делах. Он сообщил мне, что контейнер с вещами уже отослан, а сам он с женой выезжает в Екатеринбург завтра рано утром. Пожелав ему успеха в новой работе, я отключил аппарат.
Последующий остаток дня и ночь я провел не то чтобы хорошо, но вполне сносно.
***
Мой лечащий врач оказался человеком слова и отпустил меня после утреннего обхода. Я переоделся в свою одежду и растолкал по карманам кучу рецептов, которые он выписал. Жилетку, спасшую мне жизнь, осмотрел тщательно. Средняя пуговица отсутствовала, возле левого нагрудного кармана расплылось темное пятно, сквозь которое поблескивали металлические края шайб.
Несмотря на крайне нетоварный вид жилетки, я ее одел. Ведь я сжился с ней, как с родной, честное слово.
Конечно, душащая боль в груди, - как физическая, так и эмоциональная, - не оставила меня. Но, когда я вышел на улицу, увидел лучи утреннего солнца и вдохнул свежий воздух, на душе стало как-то легче.
Проблемы казались решаемыми и относительно далекими.
Практически бездумно я шел по улице и вдруг неожиданно обнаружил, что иду в направлении микрорайона, в народе называемого «Комарово». Без глубокого анализа я понял причину своего поведения – там находилась клиника Левина. В голове крутились обрывки песни, слышанной еще в детстве – «но без нежных грустных глаз твоих, не видать мне в жизни доброго пути».
Конечно, было еще рано. Наверняка врачи были еще заняты своими обходами.
Но я подожду. Покручусь возле клиники, зайду в ближайшую кулинарию, перекушу всухомятку.
Вообще-то громадное больничное здание привлекало меня куда больше, чем наша осиротевшая квартира.
Ведь женушка моя находилась здесь, а не там.
Не прошло и полутора часов, как я оказался в небольшом кабинете вместе с Кушновым. Его длинное унылое лицо пыталось изобразить хозяйское радушие, и он даже решил слегка пошутить.
- Ну-с, молодой человек, - произнес он, - дайте мне отгадать с трех раз, зачем вы здесь, и так настойчиво ищете разговора со мной. Вас интересуют проблемы, связанные с лечением вашей жены, не так ли?
- Вы удивительно догадливы, - поддержал я его тон.
- Я дам информацию о состоянии больной на сегодняшний день, а потом постараюсь ответить на ваши вопросы.
Врач посмотрел на часы и продолжал:
– Но времени у нас – максимум полчаса. Итак, состояние вашей супруги пока – стабильное. То есть, нет улучшения, но и ухудшения тоже нет. Но это – в психологическом плане. В физическом плане – я бы сказал, что некоторые улучшения есть. К кардинальным методам лечения ее психики мы пока не приступаем. Здесь, я считаю, необходимо учесть и ваше мнение, но решение по этому поводу будет зависеть от согласованного мнения участников консилиума врачей терапевтов, психиатров и психотерапевтов, - может быть, не только из нашей клиники. Я разговаривал на эту тему с несколькими известными в нашей области специалистами, и могу подтвердить то, что уже говорил вам. Существуют два мнения о методике лечения подобных случаев. Либо методика постепенности, либо методика кардинальных методов. Учитывая особенности здоровья вашей жены, я пока придерживаюсь первой методики, хотя, исходя из практики, она может иногда длиться годами, и не давать действенных результатов. Кардинальные методы дают больший процент исцеления, кстати, улучшающийся в последнее время – новые препараты, отработанные способы, знаете ли. Но ваш случай – особый. С инсультом шутить нельзя.