- Ладно, ладно, с данного момента я занимаюсь твоей просьбой. Будь на связи.
Отключив телефон, я впервые за две недели почувствовал себя легче.
Поэтому через полчаса кабатчица Гала даже слегка удивилась, когда я попросил у ней «большой» стаканчик разливной мадеры. Обычно я довольствовался меньшими объемами и градусами. Пятеро ребят из нашего цеха, уже находившиеся за стойкой, встретили мой «зачин» восторженным гулом.
И потекли разговоры на волнующие темы.
***
Вечером я положил свой мобильный телефон прямо на тумбочку, возле самого уха. Чтобы не пропустить звонок из Петербурга.
На горизонте виднеется темно-синяя кайма высоких гор. Мой старший по наряду лейтенант Шульгин смотрит туда, приставив бинокль к глазам.
«Что-то там не так, - озабоченно говорит он.- Судя по кострам, у подножья ближайшей к нам горы, похоже, собралось много заграничных тюрков».
Слово «тюрки» Шульгин выговаривает виртуозно. Никакой вышестоящий начальник не мог обвинить его в неуважении к местному населению, так как невозможно было определить долю звука «ч»в его звуке «т».
«Надо бы сообщить на блок-пост, - продолжает старший по наряду. – Да боюсь прослыть паникером. Рац, возьми бинокль, проберись к нейтральной полосе, замаскируйся и тщательно изучи каждый куст вон в той зоне. Отсюда, с высотки мы будем контролировать твои действия».
«Есть, - отвечаю я. И ползу по редколесью, буквально загребая сапогами песок на высохших корнях деревьев. Оглядываясь, превосходно вижу разлапистые нижние ветви старого карагача, за которыми укрылся мой наряд.
Вот и песчаная нейтральная полоса. Укрывшись искусственной грядой и небольшим барханом, я внимательно разглядываю в бинокль все кусты и складки местности на чужой территории. Вот один песчаный холмик показался мне подозрительным. На его макушке вроде бы виднелись мелкие неровности. Но сегодня с самого утра дует довольно явственный суховей, а уж он обычно заботится, чтобы подобных неровностей на барханчиках не было.
Оглядываюсь назад, да так и застываю в шоке от ужаса. Высотки с карагачем на заднем плане нет! Серая сумеречная масса двигается на меня! Она так огромна, что закрывает небо, и так быстра, что подкатывается к моим ногам! Бежать? Но впереди – чужая земля. Я инстинктивно смотрю перед собой – и вижу багровую тучу, тоже двигающуюся на меня.
Мгновение, - и на меня будто набросили темное душное одеяло. Я ничего не вижу, и тут меня кто-то начинает бить. Удары мощные, но боли я практически не ощущаю, наверно, из-за шока от ужаса.
Проснувшись, я обнаружил, что борюсь с собственным одеялом. Окно было прикрыто, и в комнате стояла духота. Вскочив, я подбежал к окну, открыл его и стал хватать ртом свежий воздух.
Тут же проверил мобильный телефон – нет ли пропущенных звонков. Их не было, и я мысленно попенял журналисту за его неоперативную деятельность.
Ну что ж, время у меня еще есть. И я направился по привычному за последнее время маршруту.
***
В полдень, когда я сидел в кулинарии за чашечкой кофе, телефон завибрировал в моем нагрудном кармане. Пришла «эсэмэска»! От волнения мелкие буквы расплывались в глазах.
«Твоего сына я пока не нашел» - гласил лаконичный текст. «Преподаватели и сокурсники не видели его уже неделю. Есть основания для предположения, что твой Володя уехал в Турцию на отдых по «халявной» путевке. Информации пока не достаточно, поэтому жди подробности вечером. Владимир».
Только этого мне еще не хватало! Буквы на мониторчике телефона стали еще более расплывчатыми.
Да что же это такое? Почему судьба, наносит мне удары один за другим?
Я сдавил виски и закрыл глаза.
Нет, обычно провидение наносит одиночные удары. И, как всегда, вслепую. Будь проклят тот момент, когда я оказался не в том месте и в то время!
Серии целенаправленных ударов наносят люди. И если бог ими и руководит, то это всего лишь божок местного масштаба, мелочный, злобный и мстительный.
Теперь я был почти уверен, что случившееся с моим сыном – часть плана этого божка. И чтоб эта мысль подтвердилась, мне надо дождаться окончательной информации от Серякова.