Запланированную пьяную гулянку я, естественно, отменил. И с пяти часов вечера засел дома со шкаликом коньяка. Капал из него в горячий чай, пил и смотрел телевизор, почти не видя.
И - размышлял, горевал, что-то планировал…
В одиннадцать зазвонил телефон. Голос Серякова был глухим и будто простуженным.
- Светослав, сильно не расстраивайся, - сказал журналист. – Ничего хорошего я тебе сообщить не могу, но и ничего особо плохого – тоже. Короче, от некоего Миши, одного из однокурсников Олега, считавшемся его наиболее близким приятелем, я узнал, что около двух недель назад у твоего сына появился новый приятель, якобы из местных. Олег встречался с ним где-то в городе, поэтому студенты, опрошенные мною, данного приятеля не видели. Только слышали об его существовании. Имя его – Лео, наверное, то ли Леонард, то ли Леопольд. Миша слышал от Олега, что Лео – независимый безбедный человек, имеющий очень влиятельных родителей. Один раз твой сын вроде как намекнул, что, возможно, после практики они за счет нового приятеля сгоняют вместе потусоваться за границу. Кстати, Мишу сам факт подобного признания ничуть не удивил, так как перед практикой всем студентам оформили заграничные паспорта, учитывая возможные места практики в Прибалтике и Польше. И многие студенты собирались посмотреть, какова жизнь там, за бугром. Сегодня мне удалось подключить ребят из местной управления внутренних дел, и мы нашли туристическую фирму, которая продала Олегу путевку в Турцию. Срок действия путевки – десять дней. Она была «горящая» и выкуплена пять дней назад по Интернету от имени твоего сына. Нам очень быстро удалось проверить факт вылета в Турцию группы в полном составе. Однако три дня назад Олег исчез из поля зрения руководителя группы. Такое иногда бывало, зачастую к концу вояжа исчезнувшие туристы появлялись, поэтому в набаты пока бить не стали. Самое странное в этой истории – несомненный факт отсутствия в составе туристической группы человека, хоть сколько-нибудь отвечающего имени и возрасту загадочного Лео. Учитывая комплекс бед, обрушившийся на тебя в последнее время, ты, наверно, уже почуял некую взаимосвязь событий в нашем городе и в Петербурге? Светослав, что не отвечаешь?
Я отодрал отяжелевший язык от гортани и скрипучим голосом произнес:
- Почуял…еще после твоего первого звонка. Но, как всегда, надеялся…
- Но, но, - поспешил с утешениями журналист, - надежд разных и сейчас у тебя полно. Во-первых, может быть вариант самый тривиальный – тот, из-за которого пока нельзя привлекать к этому делу полицию. Молодой оболтус, впервые попавший за границу, глупости и так далее. Во-вторых, какая-нибудь вербовка, не шпионская, конечно, а связанная с щекотливой работенкой за рубежом. Может быть, любовь, да мало ли что? Сам подумай, пусть тебе вовсю портят жизнь, но на крайние меры не идут. Похоже, хотят потыкать мордой лица в самую вонючую грязь. Именно тебя, хоть и через твоих близких.
- Да уж, в качестве покойника я бы так не расстраивался, - горько усмехнулся я.
- Вот, вот, - подхватил Владимир. – Мне кажется, в худшем случае твоего сына на что-то спровоцировали. Парень молодой, психика неустойчивая…кстати, такие изощренные способы мщения присущи лицам определенного менталитета. Помнишь наш разговор? И фамилию моего предположения?
Я угрюмо молчал.
- Ладно, - продолжал Серяков. – Я тут оставлю заявление по поводуОлега. – Они обязаны будут расследовать. Контроль с моей стороны обеспечен. Я уже тут напел, что я твой наикращий друг, и кум, и так далее и тому подобное. А поскольку я все-таки журналист, причем, как надеюсь, не самого мелкого масштаба, то у местной полиции есть все основания работать на совесть. Так что пока все не так уж и плохо.
- Да, так говорил кровельщик, пролетая между шестым и пятым этажом десятиэтажного дома, - пробурчал я. – Все отлично, только завтра меня, скорее всего, прямо из зала суда направят в места не столь отдаленные. Телефон отберут, к Милой пускать не будут, информации от тебя лишат. Шляхтина нет, на Цейтлина надежды нет…
- Да что ты разворчался, как старик, - перебил меня Владимир. - Не за что тебя сильно наказывать, к тому же роль твоя в разгроме профессиональной гангстерской группировки общеизвестна. Главное – помни, что есть люди, которые постараются тебе помочь.