- Хорошо. Не волнуйся. Беги.
Села на заднее сиденье и машина тронулась. Не привычная машина, не привычное место и не привычно медленно и как-то приторно. Ощущение было, что моя жизнь стала проходить в замедленной сьёмке. Пока ехали, можно было и придремнуть, но мысли не давали покоя.
Только сейчас у меня появилась возможность всё обдумать и осознать, ведь я уже не одна. И от меня зависит жизнь ещё одного человечка. Конечно же, на самом деле у меня выбора не было. Поэтому я и относилась слишком серьёзно к контрацепции. Знала, что не смогу убить ребёнка. В это время меня передёрнуло от этой мысли. Нет, даже и речи быть не может. Это маленькое солнышко обязательно родиться, чего бы мне это не стоило.
А вот к его отцу душа как-то не лежала. Даже нет, не так. Она принадлежала ему, но обида была настолько сильной, что я даже думать о нём не хотела, не то чтобы простить. Возможно беременность тоже съиграла свою роль. Говорят, в этот период меняются не только вкусы, но и психика. Поживем, увидим.
Мы заехали на парковку и я вышла сама, не дожидаясь, когда мне откроют двери.
***
В кабинете на столе, я увидела огромный букет цветов. И записка внутри, всего лишь с одним словом "Прости". В душе даже не ёкнуло. Заметила это и подумала: "Что всё, отлюбилась?". Вместо большого притяжения и необходимости его присутствия рядом, пустота. Как только появиться время, нужно будет уехать хотя бы на пару дней.
Постучали в дверь, и зашла молоденькая девушка. На вид лет двадцать.
- Здравствуйте. Меня прислали на место секретаря, - девушка замялась, а потом добавила, - Если вы не против?
Хотелось бы кого-нибудь постарше. Ну если это протеже Марго, думаю, стоит попробовать.
- Эта неделя у тебя будет испытательной. А потом посмотрим. Сейчас принеси мне кофе.
- Чёрный, без сахара?
- Нет с молоком и одна ложка сахара, - про себя подумала, что Рита всё равно со мной, хоть и через эту девочку.
До обеда я провозилась с цифрами и предположительными поставщиками. Не всё складывалось гладко, как мне хотелось. Многие обстоятельства меня тянули ко дну и мне это не нравилось. Ровно в двенадцать зазвонил мобильник.
- Да-а, - в это время задумалась о своём и не посмотрела, кто звонит. Сначала было тихо, а потом знакомый голос и мне пришлось отложить свои проблемы.
- Пообедаешь со мной? - Саша. Такое ощущение, что я уже давно его не слышала.
- Что прямо сейчас?
-Жду тебя. Спускайся.
Ну, хорошо. Хоть отвлекусь немного, и голова отдохнёт, а то чувствую, кипеть начинает.
Спустилась вниз. Он меня ждал у входной двери. Подошла ближе, и поздоровалась.
- Ну что идём?
От его взгляда стало неуютно. Хотел меня погладить, но потом передумал и опустил руку.
- Ты сегодня другая.
- Что такой не нравлюсь?
- Не говори глупостей, - он пропустил меня вперёд и мы вышли на улицу. Погода здесь заметно ухудшилась. Небо заволокло тучами и кажется, вот-вот должен пойти дождь.
Саша открыл мне дверь своего автомобиля марки Шевроле и галантно усадил на первое сидение.
- Всегда хотела спросить, почему эта марка машины? Есть же и лучше.
- Так получилось.
- Исчерпывающий ответ. Куда мы едим?
- Пару кварталов от сюда есть кафе, - потом он сжал крепко руль и сделал глубокий вдох, - Ань я так больше не могу. Я скоро сдохну, от тоски. Ты режешь меня без ножа. Ну дурак был. Думаешь, мне легко жить с таким характером? Сам страдаю.
- Ты не просто дурак. Ты идиот Каперников.
- Согласен. Со всем согласен, только не уходи от меня. Анют, солнышко...
- На дорогу лучше смотри. Убьёшь нас, а у меня ещё дел выше крыши, - да уж сердце моё бестолковое, нашла, кого любить.
Как же поступить?
- Завтра обедать поедим ко мне домой. Я тебя с мамой познакомлю. Если ты ей не понравишься, придётся нам с тобой расстаться и в этот раз навсегда, - он сразу нахмурился и задумался. Ничего теперь я тебе нервы потрепаю. Промолчала, что до мамы ещё дойти надо. И расспрос дяди Валеры он точно не минует.
- Что уже передумал?
- И не мечтай. Ты так просто от меня не отделаешься.
Не выдержала и улыбнулась, отвернувшись к окну. Испытания выпадут не лёгкие на твою голову. В тот момент я ещё не знала, насколько я была права. Только испытывать будем не мы друг друга, а жизнь нас обоих.