Старший пожал плечами.
- Ничего. Я просто отдыхаю, спать хочется.
Устроившись на боку на самом краю лежака, чтобы не теснить близнеца, Дориан подпёр голову рукой, смотря на него, погладил кончиками пальцев по плечу. Но Леон передёрнул плечами, показывая, что сейчас не хочет всех этих нежностей.
Вздохнув, Дориан оставил его в покое и вернулся на свой лежак. Настроение заметно понизилось, они ведь всегда умели заражать друг друга им.
Допив коктейль, Дориан пошёл в воду. Она приятно освежала тело, но, увы, не мысли. Его мучил вопрос – что же творилось с Леоном? И почему-то причину этого он искал в себе. Конечно, раньше ведь они были только вдвоём, только друг на друга тратили силы. А теперь всю энергию Леон тратил с Кайсей, а в остальное время хотел просто отдохнуть. А вот Дориану силы девать было некуда и не на кого их тратить, потому он приставал к нему и понятное дело, раздражал этим.
Задержав дыхание, Дориан окунулся с головой, надеясь охладить её, вода ведь имеет свойство очищать от всего лишнего, растёр ладонями лицо и глаза, которые начало пощипывать от соли, и снова взглянул на близнеца.
«И чего я к нему цепляюсь? – подумал он. – Мы взрослые люди. И мы не обязаны всё время проводить только вдвоём, это нормально, что в нашей жизни будут присутствовать и другие люди. В наших жизнях…».
Да, стоило начать уже разделять себя и его, свою жизнь и ту, которая принадлежала Леону. И пусть путь у них всегда был один на двоих, так не обязано было быть всегда, они ведь уже не дети. И пульс у них был не один на двоих, хоть всегда именно так и казалось. Это отлично подтвердилось теперь, когда сердце Леона было увлечено Кайсей, а его, Дориана, продолжало дрожать только за близнеца.
Дориан нахмурился. Что за безысходный готичный романтизм поселился в его мыслях? Он невольно усмехнулся от этого и сложил в голове строки:
«Моё сердце всё так же больно лишь тобой,
Но ты своё подарил другой.
Возьми половину или даже две трети;
И мы снова будем, как раньше, как дети…»
«Было бы мне пятнадцать, это могло бы стать хитом, но в моём возрасте это попахивает умственной отсталостью и необходимостью похода к психотерапевту», - мысленно фыркнул Дориан и вновь нырнул, после чего поплыл в противоположную от берега сторону.
Стоило надеть солнцезащитные очки, потому что слепящее белое солнце заставляло щуриться, а мелкие солёные брызги раздражали глаза.
Когда до дна было уже давно не достать, Дориан остановился, гребя на месте и всматриваясь в линию горизонта.
«А если у меня сейчас вдруг случится приступ? – мелькнула в голове неуместная мысль. – Панический или удушья? Я же утону. До берега далеко…».
Нет, точно, пора лечить нервы. Слишком много всякой ненужной дряни лезет в голову.
Глубоко задумавшись, он слишком поздно услышал плеск воды, а, почувствовав прикосновение к плечу, от испуга всплеснул руками, уходя под воду.
- Эй, ты чего? – тревожно спросил Леон, вытягивая близнеца на поверхность и разворачивая лицом к себе.
Отплёвываясь от солёной воды, которой умудрился нахлебаться за пару секунд, и откашливаясь, Дориан вцепился в плечи брата, ища в нём опору.
- Тихо ты! Ты нас обоих потопишь! – гребя ногами, Леон перехватил запястья младшего, а после несильно похлопал по щекам. – Всё нормально? Дышишь?
Дориан кивнул, затем отрицательно покачал головой.
- На берег, - сдавленно произнёс он.
В носу щипало от солёной воды и от неё жгло и пищевод, и трахею.
Почти выйдя из воды, Дориан согнулся пополам, упираясь руками в колени и пытаясь восстановить дыхание, Леон придерживал его за плечи. Перепугавшись, Эван с Леонардом тоже подошли к ним.
- Что случилось? – спросил Прежан.
- Дориан воды нахлебался.
- Всё в порядке, - ответил за себя младший Ихтирам, морщась, и всё-таки разогнулся. – Но я пойду в бунгало, а то, по-моему, меня сейчас вырвет.
- Я с тобой, - кивнул Леон и, снова приобняв его за плечи, повёл в сторону их пляжного домика.