— Ты чудесна, Эшли, — крикнул мне Эскер.
Отчего-то было так приятно слушать эту похвалу, хоть я и могла сделать гораздо больше для них. Но, посоветовавшись с Хэйяном, решили так не поступать.
— Ты на всех наложила печати?
— Да, — вздохнув, ответила я, зная, к чему он клонит.
— Этот мерзавец не заслуживает того, чтобы его кто-то согревал, — рыкнул он.
— Но не сделай я так, сочли бы, что у меня есть какой-то скрытый интерес к его персоне.
— И что? — не унимался он.
— Пока он ведет себя тихо, думаю, не стоит трогать его первым.
— Элла… — начал было он, как тут же понял, что осёкся. — Эшли, не стоит его жалеть, он самое настоящее зло.
— Каждый имеет право быть прощённым, — тихо сказала я, смотря в глубь леса. — Как думаешь, они могут учуять, что я здесь?
— Что? — Не понимая, о чём речь, он посмотрел туда же, куда и я, совершенно позабыв о своей злости на Морциса.
— Я о тех монстрах.
— Исключено.
— Ты в этом уверен? — Повернувшись к нему и мягко улыбнувшись, я спросила.
Я видела, как менялось его выражение лица — с непонимающего до опасающегося. Всего пару секунд. Но теперь и он уже не был уверен в своих словах.
— У тебя вновь…
— Глаза горят?
— Да, — тихо шепнул он.
— Сама не понимаю, как это случается, — коснувшись левой рукой глаза, спросила я. — Я странная?
— Ни чуть, — взяв за руку, сказал он. — Ты всё так же прекрасна, как и белый чистый снег, спускающийся с гор, ведьмочка.
Хэйян всегда мог придать мне настроение в те моменты, когда это было так нужно. А также я отчетливо помню, что за все те годы, что мы были вместе, странствуя среди гор и лесов, деревень и городов, он единственный, кто ни разу не сказал мне плохого слова.
— Спасибо, — лишь коротко ответила я.
Мужчина убрал руку и продолжил ехать рядом со мной в тишине. Смотреть было особо некуда: везде лежали сугробы, и иногда из-под них виднелись окаменелые столетние деревья и кустарники, а небо, как и везде, было темным и непроглядным. Вот только на мгновение мне показалось, что я увидела какое-то шевеление справа от себя. Окликнув Хэйяна, он в очередной раз сказал, что это исключено, приведя аргумент, что в повозках и наших седельных сумках находятся камни, отпугивающие монстров. Но всё же он прислушался ко мне и стал более внимательно осматривать окрестности.
Послушав мужчину, я всё же решила немного успокоиться и отвлечься, так как подумала, что это моё разыгравшееся воображение на фоне перенесённых событий творит злую шутку. Поэтому, закрыв глаза, продолжила ехать, доверившись Аскерии. Уж она-то точно знает, что в таких случаях нужно следовать за громадной повозкой в сторону Белуфа. Я была спокойна ровно до тех пор, пока в мою ногу что-то не уткнулось.
Подумав, что это седло или мой подсумок, я стряхнула ногой и вернула её в стремя, продолжая сидеть с закрытыми глазами. Но, вновь почувствовав, что что-то утыкается в мою ногу, я открыла глаза. Сместив свой взгляд в сторону, я увидела, как на меня смотрит пара красных глаз. Хотела было закричать от удивления и страха, от того что монстр подошёл так близко и этого никто не заметил, но почему-то, присмотревшись поближе и видя его реакцию, мне расхотелось этого делать. Средних размеров, мускулистое телосложение, тёмно-фиолетовый мех и прижатые к спине иголки с заострёнными белыми концами, а также мордочка как у обыкновенного кота внимательно смотрела на меня и, отчего-то, показалось даже, что… мурчала?
— Хэйян?
— Да? — сказал мужчина, продолжая осматриваться по сторонам, повернувшись ко мне затылком.
— Их же здесь нет? Верно.
— Нет, Эшли. Тут нет монстров, — уже вздыхая, сказал он.
— А если он смотрит на меня и трётся о мою ногу?
— Это Аскерия, Эшли, не при…
И только в этот момент он развернулся, и его взгляд сразу же упал на идущего с нами красноглазого кота. Секундой меньше он был шокирован увиденным, как тут же вытащил свой меч из ножен, резко схватил поводья Аскерии и, натянув их к себе, направил на этого монстра. Тот, в свою очередь, зашипел, оскалив свои белоснежные и острые клыки, приподнимая и расправляя иголки на спине. Теперь он не казался таким уж и маленьким, а скорее громадным.
— Что ты делаешь? — хватая за руку, в которой был меч, я пыталась убрать его.
— Эшли, это и есть монстр, или ты не видишь?!
— Но он же душка! — как тот в свою очередь мяукнул в ответ, словно понимал меня и был абсолютно с этим согласен.