Замерев в десятке метров, фея чуть поворачивала маленькую голову, внимательно разглядывая меня и раздумывая, видно, прибить или помочь. Я, пусть и имея с ними дело несколько раз, так и не понимала их логики в принятии решений.
Стараясь лишний раз даже не дышать, я неподвижно стояла, ожидая решения волшебного существа. Вдруг фея дернулась в мою сторону. Ее маленькие овальные крылья так быстро мельтешили в воздухе, что совершенно расплылись. На расстоянии в десяток метров от меня, лесное существо вдруг блеснуло ослепляющей искрой и передо мной, делая шаг над осветившейся тропинкой, появился мужчина. Черты лица были довольно хищными, острыми, а взгляд натурально пугал, но от любопытства я только вытаращила глаза, еще ни разу не удостоившись видеть лесную фею в человеческом обличье.
– Что, устала, твоя милость?
Разогнав всех местных и выставив караул, я сидел на кресле посреди зала, ожидая, когда вернется беглянка. Большая дверь была прикрыта, отрезая холодный воздух, не позволяя ему попасть в дом. В помещении пахло свежей соломой, настеленной на обработанные полы. Все это придавало уют, но никак не успокаивало злости. Хотелось отшлепать вредную девицу за самовольство и обман. Ченни едва ли не полчаса, заламывая руки и подвывая, упрашивала никого не отправлять в лес, обещая, что Анна вернется сама. Я бы не послушал старуху, уверенный, что ей не место ночью одной на подобных прогулках. Тем более, когда леса кишат разбойничьими шайками. Но местные мужчины присоединились, пообещав, что она вернется невредимой.
– Все равно вам ее не найти в темноте, – тихо сказал пожилой конюх, спокойно и уверенно отвечая на мой раздраженный взгляд.
– И вы не переживаете за ее благополучие? Так спокойно все стоите и смотрите на меня, ничуть не опасаясь, что Анна может не вернуться?
– Она не вернется, только если сама не захочет. А за ее благополучие, как вы выражаетесь, мы больше здесь переживаем, нежели в лесу.
Вполне понятно, что требовалось время, чтобы люди поверили мне и привыкли к новым устоям жизни. Тем более, что воплотить все мои идеи мгновенно тоже не получалось, но это нервировало. Почти также, как маленькая женщина одна в темном лесу.
Признаться, я отчего-то ожидал, что она войдет через центральную дверь, и несколько удивился, услыхав шорохи со стороны кухни.
Стараясь двигаться бесшумно, я прошел по залу, замерев у полуоткрытой двери в кухню.
– Злобные феи! Похабные вредные создания! – злое тихое шипение и легкий плеск воды подтвердили мою догадку. Анна вернулась.
Толкнув дверь, уже почти растеряв всю злобу, с интересом лицезрел занимательную картину. Сидя на стуле в шаге от тлеющей печи, задрав юбку до колен и сунув грязные ноги в таз с водой, сидела беглянка, пытаясь мокрой тряпкой смыть черную грязь с кожи. Грязные чулки и ботинки валялись рядом.
– И как прошла прогулка? – девушка замерла, а потом медленно подняла огромные глаза, под которыми залегли темные тени. Даже в красноватом свете печи было видно, что она невероятно измотана. Волосы, оказавшиеся довольно длинными, растрепались и были утыканы мелкими веточками, руки мелко дрожали. Только губы ярко горели на лице, словно их искусал ветер.
Приготовившись к привычному для Анны резкому ответу на грани атаки, я был обескуражен, когда ее нижняя губа задрожала, а девушка резко прикрыла лицо руками.
– Как я от вас всех устала, – тихий всхлип. Узкие плечи дрогнули. Мне на какое-то мгновение стало даже стыдно и возникло непреодолимое желание уложить девушку в постель, укрыв теплым одеялом. Может, я и в самом деле перестарался с контролем? Но пока нет хозяйки земель и баронской короны, даже с подписью короля мое положение здесь не может считаться полновластным.
– Почему ты рыдаешь? Я не поднимал на тебя руку, – притянув табурет, я присел напротив, ожидая, пока девушка успокоит истерику.
– Просто устала. Устала от всего. От мора, от смертей. От холода, когда зимой не хватает дров и приходится отапливать только одну комнату. От страха, что завтра не наступит. От страха, что оно все же придет и будет еще тяжелее, чем сегодня… – не отнимая ладоней, прошептала Анна так тихо, что едва разобрал слова.
– Но я же обещал, что теперь все будет иначе. Дров у дома столько, что на полгода хватит, а если надо – завтра отправлю еще людей. Треть полей уже вспахана, хоть завтра засевай. Обозы с запасами пришли. На днях парни отправятся на оленя охотиться…