Двигаемся дальше. Внутри дома ничего не изменилось, если не считать, что он почти пуст. В гостиной стояло старенькое пианино, а вокруг него лишь голые стены, ужасающие своим настоящим видом цвета пепла. Свет с трудом проникал через разбитые окна, замазанные черной тушью. На полу валялись изрезанные картины Франсиско Гойя, а в углу зияла черная дыра размером со шкаф. Я подошел к пианино, открыл крышку и провел пальцем по клавишам. Пыльные. Впрочем, как и всегда. Стоило мне прикоснуться еще раз и клавиши запрыгали сами по себе. Я внимательно вслушивался в каждую ноту и никак не мог вспомнить, что это за мелодия. Однако, она была великолепна настолько, что я поддался эмоциям и даже прослезился. Резко захлопнув крышку пианино, тем самым оборвав музыку, я произнес.
- Где бы ты ни была, я найду тебя и верну.
Решительно рванув к дыре, я ощупал темное пространство и понял, что желоб на месте. Пятиминутная поездка как в аквапарке закончилась приземлением...на землю. Благо, что это сон, но все же было больно и весьма неожиданно. Я скорее испугался, что меня выкинет из сновидения нежели того, что могу разбиться. Отряхнувшись, я встал и мой взгляд тут же устремился вперед. Мой сад настроений...Он был уничтожен. На месте вечнозеленой и цветущей аллеи красовалась выжженная земля. Лишь фонтан одиноко стоял посередине. Подойдя к нему, я заметил, что он весь был исписан странными надписями. Одна из них была на русском языке и повторялась чаще остальных. «Ты жесток» - гласило маленькое предложение, написанное багрово-черными буквами. На дне фонтана в небольшом углублении спряталась вода. Перемахнув через край, я подошел и наклонился к ней, с ужасом осознав, что это на самом деле не вода, а кровь. Беспокойство нахлынуло на меня, и я в спешке покинул это место. Свернув привычно направо, я подошел к бару «No sleep» и вежливо постучал в дверь. Затем вошел внутрь. Что ж, это единственное место, которое осталось нетронутым.
- Тиша! - взяв паузу, я внимательно слушал тишину, - Тиша! - снова позвал я, о никто не откликнулся.
Зайдя за барную стойку в «потайную» комнату хозяйки бара, я никого не обнаружил. Налив себе коктейль, я сел за дальний столик и смотрел в окно на выжженную черную землю.
- Куда ты меня ведешь? К моей планете? Там, где мы в прошлый раз попрощались? Там будут все ответы?
Пристально вперив взгляд в окно, я заметил на стекле надпись. Она была небрежно нацарапана и имела простое значение: «шкатулка». Так там было написано.
- Хм, шкатулка, значит, - с этими словами я перерыл весь хлам под барной стойкой, но ничего не нашел.
Тогда мне пришлось незамедлительно обыскать весь бар. К сожалению, поиски не увенчались успехом. Спустившись в подвал, я сорвал полотно со стены и вглядывался в темноту пещеры. Веяло холодом.
- И как я без тебя смогу пройти ее до конца? Без этих столь уютных и теплых объятий?
Мой взгляд перевелся на масляную лампу. Тряхнув головой, я принял решение идти без света. Навстречу всем своим страхам и сомнениям, одиночеству и забвению. Первый шаг был самым трудным. Как будто ты был единственным человеком, который ступил на поверхность юпитера. Сердце колошматило во все стороны. Ночь, темнота и сумерки всегда были моим вдохновением и уничтожением одновременно. Оставаться в тени, исподволь наблюдая за происходящим на сцене было не менее великолепно, чем находиться на самой сцене. Страсть к информации, к тому, чтобы быть на шаг впереди соперника, подглядев его ходы и секреты заранее, жила внутри меня рядом со скромностью. Таинственное нечто, созданное извне для определенной цели - так я себе представлял поначалу свое предназначение. А в итоге пришел к одному общему знаменателю.
Темнота обволакивала меня как небо белоснежные облака. Я мягко продвигался вперед, надеясь на скорейший выход из пещеры. И чем глубже заходил, тем хуже себя чувствовал. Ночь столь же могущественна, как и дневной свет. Ее творения не знают усталости, порядка и меры. Стоит солнцу отвернуться и начнется шабаш. Маскарад безумия, страстей, дедлайнов, гиперреализма, музыкальных оргазмов, встреч, убийств, планов на будущее, неожиданностей и любви. Днем город ходит в маске простого обывателя, но лишь с наступлением темноты раскрывается полностью.