— Миленько. Наборчик, скажем прямо, бедноват, но для людишек сойдёт. А можно мне?
— Забирай, — махнул я рукой, находясь в полном расстройстве, — всё забирай.
— И даже это? — она, с интересом прищурившись, потыкала пальцем на полку с дилдаками.
— Это особенно. Только кровать оставь. Спать на ней буду.
— Ну кровать мне и так не нужна была.
Секретарша немедленно принялась хватать всё подряд своими загребущими ручками и вскоре стала похожа на ёлку, с ног до головы увешанную разнообразными садо-мазо приблудами. По полу за ней волочились перекинутые через плечо цепи и хлысты, с пояса свисали плётки и связки кляпов, наручники, застёгнуте один в другой, были надеты на шею экстравагантным ожерельем, а зажимы для сосков девушка прицепила рядком к к отворотам мантии. Последними она в охапку прихватила деревянные изделия и довольная как слон, направилась к себе.
Но стоило ей выйти в коридор, как я услышал оттуда голос Кортес.
— Ираида, здравствуйте, — начала говорить не видимая мною пока проректорша, но тут же, похоже, разглядев новые приобретения девушки, резко замолчала.
— Здравствуйте, госпожа проректор, чем могу помочь? — в повисшей тишине, раздался спокойный голос райденки.
— Э-э…
Похоже гильдейская надсмотрщица напрочь забыла, что хотела и теперь нещадно тормозила. Наконец, отмерев, с удивлением и толикой возмущения, вопросила:
— Это что такое у вас⁈
— Это? — невозмутимо уточнила секретарша. — Приспособления для лёгких пыток.
— Но зачем и откуда?
— От ректора и для наказания нерадивых студентов.
Пока они говорили, я успел метнуться и дёрнув нужную книжку, заставил проход закрыться. А то знаю я эту мадам, увидит такую классную кровать и тут же решит отжать у меня кабинет, чтобы самой не ней спать. По пути хмыкнул, услышав про пытки. А ловко Ираида придумала. Надо будет потом Лизе сказать, что я никакой не сексуальный маньяк-извращенец, а это всё только для наказания студентов. Хм… Или так только хуже станет?
— Но зачем это вам⁈ — снова возопила проректорша.
— А теперь я буду наказывать, ректор разрешил.
Когда разъярённой фурией Кортес ворвалась ко мне, я уже спокойно сидел за своим столом и демонстративно листал учебник.
— Здравствуй, Аделаида, — по свойски поприветствовал я её кивком, — проходи.
— Абдиль, — выпалила она со злостью моё имя, но, затем, надо отдать ей должное, на миг прикрыла глаза, делая пару глубоких вдохов, и, заметно успокоившись, договорила, — нам следует кое-что обсудить.
— Да, конечно, присаживайся, — показал я ей на диван, откладывая книгу в сторону и всем видом показывая, что готов её слушать.
Та хмуро ожгла взглядом, но, всё же, грациозно опустила свой зад на моё бывшее спальное место. Правда, оно неожиданно оказалось куда мягче, чем женщина ожидала и испуганно ойкнув, она провалилалась куда ниже, растеряв всю свою грацию.
— Так что ты хотела? — поставив руки домиком, с лёгкой улыбкой поинтересовался я вновь.
— Тц, — зло цыкнула Кортес, выбираясь из недр дивана обратно, но сдержалась и выпустив пар, холодно произнесла:
— Абдиль, я здесь, чтобы поговорить о твоих, скажем так, нетрадиционных формах воспитания.
— А что в них нетрадиционного? — приподнял я брови.
— Пытки! — проректорша, возведя очи к потолку, помотала головой, — ты в своём уме Абдиль? Сюда приедут учится дети членов гильдии, — уважаемых членов, множество отпрысков старых семей. И за их учёбу академия получает очень немаленькие деньги. В попечительском совете такое точно не одобрят. О магия, наши студенты же не безродные простолюдины, как в этих королевских академиях, чтобы их можно было пороть розгами. Нет, я категорически тебе запрещаю!
Правда она замолчала, когда увидела, что я продолжаю улыбаться, глядя на неё.
— Что? — Сощурилась она.
— Аделаида, скажи честно, ты замужем?
— К чему этот вопрос? — напряглась женщина.
— По видимому нет, — я чуть наклонил голову вбок, — и своих детей тоже нет. Да и опыта преподавательской работы.
— К чему ты клонишь?
— Я ничуть не подвергаю сомнению твои организаторско-управленческие способности, но в психологии молодых магов, которые оторвались от мамкиной титьки, образно говоря, и будут весь учебный год вариться в одном котле ещё с тремя сотнями таких же сверстников, ты не смыслишь ничего.
Я, конечно, тоже был не особый знаток психологии молодых магов, но подозревал, что от земной студентоты они не отличаются ничем. Да и от солдат срочников тоже, по сути. Я сам и студентом был и пару лет взводом покомандовал после военной кафедры. И пусть это было давненько, но основные нюансы психологии только-только ставших совершеннолетними парней помнил хорошо.