Катя злая вошла в студию и раздраженно кинула на стул свою сумку.
— Чтобы я еще раз куда-нибудь поехала по твоей просьбе. Вот! — Катина фига уперлась в мой нос. — Видела?
— Ну, чего ты? — я чувствовала себя виноватой.
— Меня все приняли там за транссексуалку. Придурки. И твоя Елена Васильевна — пизда недоебанная.
Я осторожно поставила перед Катей на стол чашку чая.
— Подлизываешься? Поведешь меня в Максиму-пиццу десять раз! Тебе понятно? — Катины глаза переливались гневными алмазами, и в этот момент она была неописуемо хороша.
— Хорошо, поведу, поведу, — я была готова согласиться в этот момент со всем чем угодно. — А что произошло?
Катя сделала глоток и начала успокаиваться.
— Во-первых, это просто обычная регистратура, она не хотела брать конфеты, я ей все равно их оставила. Я выглядела идиоткой, что приехала туда извиняться. Меня с удивлением спросили: «А чего Вы просто не позвонили, мы бы перенесли консультацию на другой день?»
— А во-вторых?
— Во-вторых: Вхожу я в это ебанное отделение, еле его нашла. Вся такая красивая, в шикарной норковой шубе, на меня уже все уставились. Там посетители какие-то были, два трансика сидели на стульчиках — полные уебища, мужики мужиками: черт с ними. И эта выдра — Елена Васильевна. Я ее спрашиваю: «Мне нужна Елена Васильевна». Она мне: «Это я». Я говорю: «У вас записан на прием к сексопатологу Борис Фомин:» Только я это сказала, все вывернули на меня голову, мужик рядом стоял, аж выгибается за стойку меня рассмотреть: Два врача спиной стояли, разговаривали — заткнулись, повернулись и слушают. А Елена Васильевна мне: «Да, Вы на три записаны, раздевайтесь. Вы по поводу смены пола?» У мужика рядом чуть глаза не выскочили, представляешь? И трансики на меня пялятся: Разве я похожа на транссексуала? — Катя встала и повертелась передо мной. — Посмотри, какая у меня жопа, разве такие бывают у трансиков? — Катя расплющила сзади ладошками свои «жопьи уши», и попа приобрела совсем шарообразную форму. Да, попа была хорошая, она действительно не оставляла никаких сомнений в Катиной половой принадлежности. Я, повинуясь её притягательной силе, потянулась к ней, Катя со всего размаха ударила меня по рукам.
— Фигу теперь тебе, — и во второй уже раз я стукнулась носом о вынырнувший большой палец из её руки.
— Не расстраивайся, Кать:, - я потерла униженный фигой нос.
— Я не расстраиваюсь, я в себе уверена. Но все равно неприятно: Ну, и потом я долго объясняла, что это не я записывалась, и, вообще, зачем я приехала. Гнилое место, лучше вообще туда не ходи.
— Так вроде некуда больше идти: — неуверенно начала я.
— Больше не хочу об этом говорить. Давай, веди меня ужинать, я честно заработала это.
Теперь к НИИ им. Ганнушкина на Потешной уже подъезжала я. Оказалось это черт знает где. Есть в Москве такие места, — живёшь всю жизнь и ни разу даже мимо не проедешь, совершенно незнакомый район. Я с трудом нашла заветный вход. Хотела въехать за деньги в ворота клиники, за 50 рублей во все больницы пускают, здесь строго, психушка обязывала к дисциплине, мобилизовывала на бдительность, неподкупная охрана на психиатрическом КПП внутрь меня на машине не впустила, — вдруг передавлю гуляющих по территории психов или вывезу в багажнике, сбежавшего буйного. Ехала я недели через три после Катиного посещения, ехала уже без болячек на своём лице.
С трудом нахожу нужный корпус, поднимаюсь по лестнице справа на второй этаж, вхожу в отделение: Пусто, никого нет. Ни врачей, ни очереди, ни трансиков на стульчиках. Точнее один есть — это я. Я походила перед стойкой регистратуры и села на стул у входа для ожидания. Жду. Через какое-то время из одной из дверей выходит симпатичная молодая блондинка. Интересно, к какому врачу она пришла? Выходит и проходит мимо. Модно одетая, вся такая в черном, длинные прямые волосы в хвосте с красивой заколкой, приятное очень славянское лицо. Не единого следа и признака какой-либо сексуальной проблемы её лицо не выдавало, наоборот, было видно, что у этой девушки с этим всё в полном порядке, — зачем тогда она тут ходит по отделению сексопатологии?
— Девушка, извините, пожалуйста, Вы не подскажете, в каком кабинете принимает Рузгис? — как можно интеллигентней обращаюсь я к ней.
— Пойдемте, я Вам покажу, — и она любезно ведет меня по ободранному коридору.
— Неужели Вы здесь работаете? — наконец, доходит до меня.
— А что в этом удивительного?
— Ну: Вы без халата:
— Мне он не нужен, — отвечает блондинка.
Я иду сзади нее, смотрю, не отрываясь, на ее попу, — у работницы мрачной психушки хорошая фигура, не истощенная диетами, такая как надо. Её ягодицы при каждом шаге завораживающе вздрагивают и пухлыми симпатичными двойняшками весело подпрыгивают, как будто качаясь на детских качелях…