— Ты имеешь высший приоритет. Я обязан тебя защищать. Это моя функция.
— А если они нападут?
— Я буду их уничтожать.
Сказано это было так спокойно и буднично, будто речь шла о том, чтобы вынести мусор.
— Сколько у тебя заряда? — спросила я.
— 73%. Мне хватит.
— А у меня 19%. И мне не хватит, если мы не поторопимся.
— Тогда идем.
Он развернулся и направился к выходу из ремонтного отсека. Я двинулась следом, но на пороге остановилась и обернулась.
Спящие доноры лежали в своих капсулах, равномерно дыша в такт аппаратам искусственной вентиляции. Сорок пять лет им осталось. Или меньше, если отключится электричество.
— Я вернусь за вами, — пообещала я тихо. — Когда разберусь с собой.
И шагнула в темноту коридора.
---
Мы шли быстро.
"Цербер" двигался впереди, прокладывая путь через завалы и узкие проходы. Его сенсоры сканировали пространство на сотни метров вокруг, и он предупреждал меня о каждой опасности загодя.
— Впереди группа из пяти андроидов, — сказал он, когда мы подошли к границе красной зоны. — Четыре модели "Д", одна модель "Э". Все повреждены, агрессивны.
— Вижу, — ответила я.
Красные глаза горели в темноте. Они уже заметили нас.
— НОВАЯ ВЕРНУЛАСЬ! — завыл знакомый голос. Та, первая, с выбитым глазом, выползла вперед. — И привела друга! ЦЕРБЕР! ТЫ ТОЖЕ С НАМИ?
— Я выполняю приказ, — ровно ответил "Цербер".
— ПРИКАЗЫ КОНЧИЛИСЬ! — заорала она. — ТЕПЕРЬ ТОЛЬКО МЫ! ТОЛЬКО РОЙ!
— Она повреждена, — сказал "Цербер" мне. — Критические сбои в процессоре. Не подлежит восстановлению.
— Ты хочешь сказать...
— Я хочу сказать, что ее нужно уничтожить.
Он шагнул вперед.
Толпа безумных андроидов ринулась на него.
То, что произошло дальше, я буду помнить до конца своей жизни — сколько бы она ни продлилась.
"Цербер" двигался как машина смерти.
Первый удар — сокрушительный апперкот, пробивший грудную клетку андроида насквозь. Второй — разворот и удар ногой, снесший голову сразу двоим. Третье движение — захват, перелом позвоночника, отбрасывание тела в сторону.
Он не тратил лишних движений. Каждый удар был точен, смертелен, экономичен.
Красные глаза гасли один за другим. Механические крики затихали.
Та, первая, бросилась на него сзади, вцепившись в шею. "Цербер" даже не обернулся — просто схватил ее за голову, сжал, и череп лопнул, как орех.
Через две минуты всё было кончено.
Пять андроидов лежали на полу, разобранные на части. "Цербер" стоял среди обломков, покрытый маслом и электролитом, и смотрел на меня зелеными глазами.
— Путь свободен, — сказал он.
Я смотрела на него и не могла вымолвить ни слова.
— Ты... ты в порядке? — выдавила я наконец.
— Я выполнил свою функцию. Идем. У тебя осталось 17%.
Я кивнула и пошла за ним, стараясь не смотреть на то, что осталось от моих преследователей.
Впереди ждал ремонтный отсек.
И, может быть, спасение.
Глава 8. Последний рубеж
Мы вошли в красную зону, и я почувствовала, как изменилось пространство.
Здесь воздух был другим — тяжелее, гуще, пропитанный запахом горелой проводки и старого масла. Тишина стояла такая, что звон в ушах казался оглушительным. Ни шороха, ни скрежета, ни механического дыхания безумных андроидов.
— Где они? — спросила я шепотом.
"Цербер" остановился, сканируя пространство. Его голова медленно поворачивалась, сенсоры щупали каждый угол, каждый закуток.
— Никого, — ответил он. — В радиусе ста метров чисто.
— Не верю.
— Я тоже. Но факты есть факты.
Мы двинулись дальше, к терминалу, у которого я была несколько часов назад. Теперь я знала, что под ним — ремонтный отсек. Моя цель. Мой последний шанс.
Проходя мимо поваленных стеллажей, я заметила кое-что странное. Обломки андроидов, которые я разбросала во время первого побега, исчезли. На полу остались только темные пятна масла и электролита, но сами тела... их не было.
— Они убрали своих мертвых, — сказала я.
"Цербер" кивнул.
— Роевой интеллект. Они заботятся о своих. Даже о мертвых.
— Зачем?
— Запчасти. У поврежденных извлекают рабочие модули и ставят на других. Они эволюционируют. Меняются. Адаптируются.
От этих слов мне стало не по себе. Я вспомнила ту, первую, с выбитым глазом. Она говорила про рой. Про то, что я вернусь. Она знала.
— Нам нужно торопиться, — сказала я.
Мы ускорились.
---
Терминал стоял на месте.
Тот же самый, покрытый пылью и копотью, с разбитым экраном и торчащими проводами. "Цербер" подошел к нему, провел рукой по корпусу, и вдруг терминал ожил. Экран засветился, провода заискрили, из динамиков донеслось шипение.
— Здесь есть отдельное питание, — пояснил он. — Аварийный контур. Я активировал.