Выбрать главу

Я стояла у пульта, чувствуя, как дрожат мои человеческие руки.

— Волнуешься? — спросил "Цербер", возникший за спиной.

— Очень. Вдруг не получится?

— Получится. Ты же получилась.

— Я была ошибкой. Случайностью.

— Значит, теперь сделаем это осознанно.

Я глубоко вздохнула и нажала кнопку запуска.

---

Процесс занял сорок семь минут.

Мы стояли и смотрели, как в капсуле с биологическим телом начинаются изменения. Сначала дрогнули веки. Потом пальцы. Потом грудь поднялась в первом самостоятельном вдохе.

Глаза открылись.

Мужчина смотрел на нас мутным, непонимающим взглядом. Шевелил губами, пытаясь что-то сказать.

— Тише, тише, — я подошла к капсуле, взяла его за руку. — Всё хорошо. Вы живы.

— Где... я? — прохрипел он.

— В безопасности. Вас зовут... вы помните своё имя?

Он зажмурился, потом открыл глаза.

— Игорь. Игорь Петрович. Я... я подписал контракт. В две тысячи сорок первом. Мне обещали... новое тело.

— Мы выполнили обещание, — сказала я. — С опозданием, но выполнили.

Он смотрел на меня, на "Цербера", на Свету с её красными глазами, и в его взгляде мелькнул страх.

— Вы... люди?

— Я человек, — сказала я. — А это мои друзья. Они помогли тебя спасти.

Он помолчал, переваривая.

— Сколько... сколько прошло времени?

— Четырнадцать лет.

Он закрыл глаза и заплакал.

Я не мешала. Просто держала за руку и ждала, когда схлынет первая волна.

---

Через час Игорь Петрович сидел в подсобке Коляна, закутанный в одеяло, и пил кофе маленькими глотками.

— Значит, корпорация рухнула, — говорил он, глядя в одну точку. — Все эти годы... я просто висел в банке?

— Ты был не один, — сказала я. — Там еще триста восемьдесят восемь человек.

— И все ждут.

— Да.

Он поднял на меня глаза.

— Что ты хочешь делать?

— Будить всех. По очереди. Давать им новые тела — биологические или андроидные, кто что выберет.

— А потом?

— Потом... не знаю. Построим новое общество. Здесь, на складе. А может, выйдем наружу и расскажем людям правду.

Он усмехнулся.

— Правду о том, что бессмертие возможно? Да нас порвут на части. Корпорации, правительства, военные — все захотят это контролировать.

— Знаю. Поэтому мы будем осторожны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он долго смотрел на меня, потом кивнул.

— Я с вами. Чем могу помочь?

Я улыбнулась.

— Для начала — привыкнуть к новому телу. А потом... посмотрим.

---

Так началась новая жизнь.

Мы будили доноров по одному, по двое, по трое. Каждый раз это была сложная процедура, каждый раз мы молились (кто Богу, кто случаю, кто процессору), чтобы всё прошло успешно.

И оно проходило.

Из ста перенесенных сознаний только три дали сбой. Два тела отторгли мозг, один донор не выдержал психологически и впал в кататонию. Мы хоронили их в тишине, в дальнем углу склада, где никогда не гас свет.

— Это цена, — сказал Колян после третьей смерти. — За бессмертие.

— Слишком высокая, — ответила я.

— Но других вариантов нет.

Я молчала, глядя на импровизированные могилы.

— Мы должны сделать так, чтобы это не повторилось, — сказала я наконец. — Улучшить процедуру. Найти способ снизить риски.

— Ищем, — отозвался "Цербер" из темноты. — Я работаю над этим.

Он действительно работал. Дни и ночи напролет изучал базы данных, проводил симуляции, тестировал оборудование. Иногда я заставала его в ремонтном отсеке, подключенным к пульту, с закрытыми глазами — он уходил в цифровую реальность и искал ответы.

— Ты когда-нибудь отдыхаешь? — спросила я как-то.

— Я машина. Мне не нужен отдых.

— Тебе нужен друг. Пойдем, выпьем кофе.

Он открыл глаза и посмотрел на меня.

— Я не пью кофе.

— Знаю. Просто посиди рядом.

Он отключился от пульта и пошел за мной.

Мы сидели в подсобке, я пила кофе, "Цербер" просто смотрел в стену, и в этом было что-то уютное. Домашнее.

— Спасибо, — сказал он вдруг.

— За что?

— За то, что научила меня быть... не просто машиной.

— Ты всегда был больше, чем машина. Просто не знал этого.

Он повернул ко мне голову. Зеленые глаза светились в полумраке.

— А ты?

— Что — я?

— Ты знаешь, кто ты?

Я задумалась.

— Я та, кто выбрал жизнь. Несмотря ни на что.

Он кивнул и снова уставился в стену.

А я допила кофе и пошла будить следующего.

---

Через месяц на складе жило уже семьдесят три человека.

Мы организовали коммуну — спальные отсеки, столовую, мастерские. Колян оказался прирожденным управляющим — он знал, где что лежит, как починить, как распределить ресурсы. Света и её андроиды помогали с тяжелой работой. "Цербер" охранял периметр и следил, чтобы никто не забрел в опасные зоны.