Выбрать главу

Военные Ирины влились в нашу жизнь, и город изменился. Появились казармы, учебные полигоны, сторожевые вышки. Люди учились стрелять, окапываться, ходить в разведку. Андроиды осваивали тактику боя плечом к плечу с людьми.

Ирина оказалась жёстким, но справедливым командиром. Она не делала скидок никому — ни людям, ни андроидам. Требовала дисциплины, порядка, чёткого выполнения приказов. Солдаты её уважали.

— Твои люди — молодцы, — сказала она мне как-то, наблюдая за учениями. — Быстро учатся. Даже андроиды.

— Они не просто андроиды, — напомнила я. — Они личности.

— Знаю. Привыкаю.

Мы сидели на наблюдательной вышке и смотрели, как внизу отрабатывают взаимодействие. Группа людей и группа андроидов штурмовали здание, прикрывая друг друга. Работали слаженно, почти красиво.

— Сколько у тебя таких? — спросила Ирина.

— Андроидов с сознанием? Около трёхсот. Ещё двести — просто машины, но мы их не используем в бою.

— А те, с сознанием — они все лояльны?

Я посмотрела на неё.

— Ты про Свету? Про её "детей"?

— Про всех. Они же были безумны когда-то. Могут снова сойти с ума.

— Не могут. У них есть семья. Есть дом. Есть смысл. Безумие было от одиночества. Теперь они не одни.

Ирина кивнула, принимая ответ.

— Ладно. Верю тебе.

---

Через две недели после прибытия военных разведка принесла первые тревожные новости.

— Они строят базу, — докладывал Саша, разворачивая карту. — Здесь, в ста километрах к востоку. Старый военный городок. Укрепляют, свозят технику.

— Сколько их? — спросила Ирина.

— Тысячи три. Может, больше. Тяжёлая техника, вертолёты, артиллерия.

— Это серьёзно.

— Это война, — поправил Семён. — Настоящая война.

Я смотрела на карту, и в голове крутились цифры. Три тысячи против наших пяти. Если считать военных Ирины и наших ополченцев. Плюс андроиды. Шансы были... не очень.

— Когда они планируют наступление? — спросила я.

— Неизвестно. Может, через месяц. Может, завтра.

— Надо ударить первыми, — сказал Семён. — Не ждать, пока они соберутся.

— Не выйдет, — покачала головой Ирина. — У них укрепрайон. Мы лоб в лоб не возьмём.

— А если обойти?

— Фланги прикрыты. Там минные поля и пулемётные гнёзда.

Я слушала и чувствовала, как внутри закипает отчаяние. Они были сильнее. Лучше вооружены. Лучше подготовлены.

— Есть другой вариант, — подала голос Света.

Все повернулись к ней.

Она стояла в углу, маленькая, почти незаметная, но сейчас в её глазах горел тот самый красный огонь, который делал её опасной.

— Какой? — спросила я.

— Мы пойдём к ним. Я и мои дети.

— В смысле?

— В смысле — внедримся. Вольёмся в их ряды. А когда они пойдут в атаку, ударим изнутри.

Тишина повисла в комнате.

— Это самоубийство, — сказал Семён.

— Это шанс, — возразила Света. — Они не знают нас. Для них мы просто безумные андроиды. Таких много по пустошам. Они могут захотеть использовать нас как пушечное мясо.

— И ты пойдёшь к ним добровольно?

— Не я одна. Мы все. Триста андроидов с сознанием. Мы притворимся, что ищем убежища. А когда начнётся битва...

— Вас уничтожат в первые минуты, — перебила Ирина. — Как только вы откроете огонь по своим.

— Не откроем, — улыбнулась Света. — Мы будем ждать сигнала. И ударим, когда они меньше всего будут ждать.

Я смотрела на неё и видела в ней себя. Такую же решительную, готовую на всё ради своих.

— Нет, — сказала я твёрдо. — Я не отправлю тебя на смерть.

— Мама, — Света подошла ко мне, взяла за руку. — Это не я решаю. Это мы решаем. Все вместе. Мои дети согласны. Это единственный способ победить.

— Но ты можешь погибнуть.

— Могу. Но если я не пойду, погибнут все. Ты, Колян, Саша, все эти люди. Я не могу этого допустить.

Я смотрела в её глаза — красные, светящиеся, но такие родные.

— Я пойду с тобой, — сказала я.

— Нет. Ты нужна здесь. Ты — лидер. Без тебя они не выстоят.

— А без тебя не выстою я.

Она улыбнулась и обняла меня.

— Мы ещё встретимся, мама. Обещаю.

---

Через три дня Света и её дети ушли.

Триста андроидов, молчаливых и решительных, покинули город на рассвете. Они уходили на восток, к врагу, чтобы стать троянским конём в его сердце.

Я стояла на стене и смотрела, как они исчезают в утреннем тумане.

— Они вернутся, — сказал Саша, подходя. — Света сильная.

— Знаю. Но сердце всё равно болит.

— Это потому что ты человек. Это нормально.

Я посмотрела на него.

— А ты? Ты бы пошёл?

— Если бы ты попросила — пошёл бы. Но ты не просила.

— Не попросила бы. Ты слишком дорог мне.

Он кивнул, и мы долго стояли молча, глядя на пустую дорогу.

---

Месяц прошёл в ожидании.