Выбрать главу

— И ты решила сдаться?

— Не сдаться. Договориться. На равных.

Я задумалась. Мир с советом? Возможно ли это?

— Какие условия? — спросила я.

— Граница по реке. Ваш город — ваш. Всё, что к западу — ваше. Всё, что к востоку — наше. Никаких нападений. Обмен пленными. Торговля.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— И ты оставишь нас в покое?

— Даю слово.

— Слово человека, который развязал пандемию и убил миллионы?

Она поморщилась.

— Я делала то, что должна была. Для выживания. Теперь обстоятельства изменились.

Я посмотрела на Сашу. Он едва заметно покачал головой — не верь.

Но у меня не было выбора.

— Мне нужно время, — сказала я. — Посоветоваться с людьми.

— Три дня. Потом или мир, или война до конца.

Мы разошлись.

---

Вечером совет бушевал.

— Ты ей веришь?! — кричал Семён. — Она же убийца! Она уничтожила полмира!

— Я не верю, — ответила я. — Но у нас нет сил на ещё одну войну.

— Есть! У нас есть андроиды, укрепления, союзники!

— Которые погибнут. Тысячи людей. Тысячи андроидов. Ради чего? Чтобы мы могли сказать: "Мы победили"?

— Ради того, чтобы они не пришли снова!

— Они придут в любом случае. Вопрос — когда. А если мы выиграем время, сможем подготовиться лучше.

Ирина подняла руку.

— Анна права. Нам нужна передышка. Зима на носу, люди устали, запасы на исходе. Год мира даст нам возможность окрепнуть.

— А через год они нападут снова, — возразил Семён.

— Через год у нас будет больше людей, больше андроидов, больше оружия. И мы будем готовы.

Спор длился до утра.

В конце концов решили: попробовать договориться. Но готовиться к войне.

---

Через три дня мы встретились снова.

На этот раз я пришла с делегацией: Ирина, Семён, Саша. Екатерина — со своими генералами.

— Каков ваш ответ? — спросила она.

— Мы согласны на перемирие, — сказала я. — Но на наших условиях.

— Каких?

— Граница не по реке, а на сто километров восточнее. Вся территория вокруг нашего города — нейтральная зона. Ваши войска не имеют права приближаться ближе чем на пятьдесят километров.

Она прищурилась.

— Это не условия равных. Это диктат.

— Это гарантия нашей безопасности. Или вы соглашаетесь, или мы продолжаем войну. И поверьте, в этот раз мы будем биться до конца.

Долгая пауза.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Я согласна.

Я облегчённо выдохнула.

— Тогда подпишем договор.

---

Мы подписали мир.

Бумага, чернила, печати. Формальность, которая значила всё.

Когда Екатерина уехала, я стояла на пустом поле и смотрела ей вслед.

— Ты правильно сделала, — сказал Саша. — Мы выиграли время.

— Знаю. Но внутри всё равно противно.

— Это потому что ты человек. Люди не любят договариваться с врагами.

— А андроиды?

— Андроиды любят мир. Потому что знают цену войны.

Я посмотрела на него.

— Ты стал мудрым, Саша.

— Я стал твоим другом. Это одно и то же.

Мы пошли назад, к городу.

Там ждали люди, ждала Даша, ждала жизнь.

---

Зима прошла спокойно.

Мы строили, копили силы, готовились. Совет не тревожил нас — держал слово. Разведка доносила, что они тоже готовятся, но пока не решаются нападать.

Даша продолжала собирать андроидов. За зиму она привела ещё триста — из дальних уголков пустоши, из старых бункеров, из забытых лабораторий.

— Мы становимся сильнее, — говорила она. — Скоро нас будет больше, чем людей.

— Это хорошо или плохо? — спросила я.

— Это правильно. Мы — одна семья.

Я обнимала её и думала о том, что Света была бы счастлива.

Весной мы засеяли новые поля. Летом собрали первый урожай. Осенью праздновали год мира.

А впереди было ещё много работы.

Но теперь у нас была надежда.

Глава 11. Новая эра

Прошло два года.

Два года мира, два года строительства, два года жизни без войны. Город разросся неузнаваемо. Теперь это был настоящий мегаполис — с высотными зданиями, заводами, школами, больницами. Население перевалило за десять тысяч — люди и андроиды жили бок о бок, работали, любили, ссорились и мирились.

Я стояла на крыше административного корпуса — того самого, где когда-то очнулась в металлическом теле — и смотрела на город.

— Любуешься? — раздался голос за спиной.

Я обернулась. Колян стоял с двумя кружками кофе — традиция, не меняющаяся годами.

— Любуюсь, — улыбнулась я, принимая кружку. — Ты посмотри, как выросло всё.

— Это ты вырастила, — сказал он. — Твоими руками, твоей головой, твоим сердцем.