***
Вечером вернулся папа, спокойно поужинал, и когда он уже начал надеяться, что Каллен струсил, приехал Эдвард. Вампир взял инструменты и материалы для будки Балто. Я со стороны смотрела за увлеченно работающими мужчинами, следя, чтобы щенок не мешал, а папа не рассказывал про меня лишнего.
Однако удавалось не всегда:
— И тут эта кроха выдает слово в слово правило Миранды, сидя на опрокинутом задержанном! — рассмеялся шериф, пока улыбающийся Каллен забивал грозди.
— Папа!
Теперь я понимала, для какой истории он послал меня в гараж в поисках второго молотка…
— Да, детка, оказывается, молоток тут, а я его и не заметил, — Чарли послал мне хитрую усмешку.
— Прости, Белла, но мне стала интересна ваша история знакомства со Светой…
Ну, прямо ангелочек, от невинной улыбки которого захватывает дух.
— Бедный мальчик взвыл, что не хочет в тюрьму, его мама пыталась обвинить меня в избиении ее чада, чего у нее, естественно, не получилось, Свету нашла сестра, конфликт был исчерпан, но эта история стала началом нашей доброй дружбы. Конец. Ничего интересного…
— Если не считать, что тебе тогда и года не было, Беллс, — поправил меня папа.
Это была его любимая байка, которую знали все в участке. Наверное, ему было важно рассказать ее первому парню дочери…
Господи, подумать только, я даже в мыслях смирилась с тем, что мы с Эдвардом встречаемся! Разговор в машине заставил меня признать, что я не так равнодушна к вампиру, как мне казалось.
Кому суждено сгореть, тот не утонет… Неужели все предопределено? Белла Свон и Эдвард Каллен… Однако вспоминая Тутти, историю моих предков, мое спасение от той твари в лесу и многое другое, очень напрашивалось слово «Судьба».
Звонок телефона заставил меня вздрогнуть.
Но имя, которое высветилось на экране мобильного вызвало улыбку:
— Привет, Света! Подожди немного…
Краем глаза я успела заметить, как вздрогнул Каллен, и решила, что даже если Чарли расскажет ему, как я сперла у поддатого Санты маленькие бутылочки с алкоголем в три года, Эдварда это от меня не отвратит… Пусть знает, с кем связался…
Оставив мужчин во дворе, я поспешила на кухню:
— Слушаю, дорогая, вот теперь я могу говорить. Что-то случилось?
На том конце Света шумно хлюпнула носом:
— Белла, это ужасно… Я чувствую себя последней дрянью… Ты меня никогда не простишь…
Вот это поворот. Я села на стул, но не позволила прокрасться панике в свой бодрый голос:
— Света, если за содеянное тебе не грозит смертная казнь, то снизь драматизм ситуации и перейди к делу.
— Я поцеловала Бо… Дважды… — выдохнула Света, а потом слова полились из нее бурным потоком:
— Сначала я хотела просто отвлечь его, как ты и просила, мы разговаривали, помогали его маме, гуляли, я подсказывала ему предметы, мы рисовали. Он такой милый и странный, Белла… Такой непривычный! Но он так похож на тебя!
— Ты влюбилась, Свет…
— Да. Я помню, что он нравился тебе, но что-то мне подсказывает, что мне он нравится больше, — смущенно ответила Казанцева.
Ее явно успокоил мой спокойный тон.
Я рассмеялась. И встретилась глазами с настороженным вампиром.
— А помнишь, я тебе про Каллена писала?
С моих губ не сходила улыбка. Сегодняшний день был полон сюрпризов. Возможно, если бы не признание Эдварда, я бы иначе отреагировала на новость подруги… Я же ужасная эгоистка, которой важно, чтобы ее любили. И сейчас я видела: Каллен меня любит. Знал, что мне скажет Света, волновался за мою реакцию, пришел поддержать, утешить, если мне будет больно. Элис подсказала?
— Это тот герой, что не дает тебе засесть за книжками по медицине в мое отсутствие? С которым ты едешь в Гарвард после школы?
— Угу, тот самый… — согласилась я, делая шаг в сторону Эдварда.
Парень тут же чуть неуверенно повторил мое движение, а затем решительно подошел и ласково обнял.
— Мы с ним встречаемся. Сегодня он с моим папой мастерит будку для Бо…кхм… — я сделала вид, что закашлялась, а плечи Каллена затряслись от беззвучного смеха. — Для Балто.
— Воу, подожди-подожди, то есть, ты не была влюблена в Бо? Тебе этот Эдвард нравился? Вот партизанка! Я так тряслась и боялась эти два дня, что ты разозлишься… Думала, Квон тебе нравится больше, чем друг.
— Квон мне как брат, солнце. Да и какие могут быть претензии? У нас же с детства принцип: Ин дер гроссен фамилье…
— Нихт клювом клац—клац! — смеясь, закончила Казанцева за меня.
Мы весело поговорили, делясь новостями, все это время Эдвард не выпускал меня из рук, будто боясь, что я сломаюсь. Я хотела сказать ему, что все нормально и ему незачем беспокоиться обо мне, когда Света внезапно сказала:
— Ох, прости, совсем заговорилась! Я же должна убраться и купить новые подушки! Иначе буду спать на горке пуха… Если, конечно, Бо не сбежал сейчас в магазин за ними…
Я подавилась воздухом и вздрогнула.
— Битва подушками?
— Да, я побежала!
— Пока…