***
— Это так странно, — Белла перебирала мои волосы с самым задумчивым видом.
— Что именно? — мягко спросил я, лаская клавиши, позволяя вдохновению эксперименты над новой мелодией.
Девушка замолчала, наслаждаясь звуками, а, может быть, специально раззадоривая моё любопытство, пока я не перестал играть и не усадил её к себе на колени, требовательно заглядывая в такие говорящие глаза цвета тёмного шоколада.
— Всё это… — её сердце ускорилось, пока она неуверенно подбирала слова, кусая губы. — Ты не должен был полюбить меня, Эдвард… Точнее, мне так кажется… Тебе было суждено влюбиться в нежную, неловкую девушку, скромно краснеющую от твоих комплиментов… Ты должен был написать ей колыбельную, которая бы растрогала глупышку до слёз… Ты должен был видеть в ней милого, храброго морского котика, который бы терял сознание от твоих поцелуев и, конечно, не вынуждал тебя бегать по лесу с азартными криками: «покатай меня на своей спине, большая черепаха»… — мы улыбнулись общему воспоминанию, но потом Белла с сожалением покачала головой и спросила: