Нас прервал звонок мобильного.
— Это Элис.
— Включи громкую связь.
— Эдвард, Белла, у нас проблемы, — голосок предсказательницы был напуган. — Джеймс следует за Элеазаром и Кармен. Он видел знак Вольтури…
Мы переглянулись.
— У них есть мобильные? Кто-то ведь может предупредить их?
— Он планирует напасть? — спросили мы почти одновременно.
— Нет.
Короткий ответ Элис на наши вопросы повис в воздухе. Связи нет. А Джеймс наверняка захочет поболтать… Сверить показания…
— Мы должны встретить их на нейтральной территории и опередить Джеймса, пусть слушает наш диалог-игру из засады и пугается, я смогу обвести его вокруг пальца, — Эдвард заскрипел зубами от моего предположения.
— И еще, Виктория направляется к нам домой. Она хочет предложить нам убить Беллу с их помощью.
— Идея ищейки, не ее. — с ходу определил Эдвард. — Это либо развод, либо подстава, либо проверка.
— Все вместе. Если я реально непобедимая Вольтури, то я убью Калленов, распаленных жаждой защитить тебя, оценю интриганистость Джеймса и предложу ему место в итальянском театре…
— Мое место? — парень насмешливо заломил бровь.
— Да-да, он ведь даже не знает, с кем конкурирует, может его дар интереснее? Поэтому ты останешься тут, хоронить родных соклановцев и защищать эти заповедные территории, потому что мне нравится твоя диета… — уже одевалась.
— А если тебя убьют, то он бы попросил как трофей кулон Вольтури, — понял Эдвард.
— Да, они бы свалили, а с итальянской мафией пришлось бы разбираться твоим родным. Раз у Виктории уже есть опыт уходить от закона…
— И ты сама сказала, что Деметрий ищет не по запаху, хотя и его бы след уже простыл, когда Вольтури спохватились бы.
— Красиво, — протянула я, отдавая должное мозгам кочевника. — Советую вам согласиться после некоторых уговоров. Пока соперник считает себя умнее, вы всегда на шаг впереди него…
А la guerre comme а la guerre
Только смелые, уверенные в себе люди,
чувствующие себя в мире как дома, могут извлекать
преимущества как из благ жизни, так и из её трудностей.
Они знают, что трудности существуют, но они также знают,
что в состоянии их преодолеть.
Альфред Адлер
Белла
Итак, игра началась. Фигуры расставлены на доске, и сегодня я играю не белыми. Зато следующий ход за мной. Очевидно, Джеймс уговорил Викторию пойти к Калленам, чтобы те помогли им расправиться со мной, тем самым спасти Эдварда от коварной Вольтури в моём лице и не позволить забрать мальчика в Италию.
Любой исход этого сражения устроил бы Джеймса. В одном убьют меня, а в другом Калленов убью я… Ну, он так считает…
Если убьют меня — кочевник получит в благодарность кулон Вольтури, как трофейную награду, а вот семейке вегетарианцев предстоит разбираться с мстительными итальянцами. Долго ли простоит незанятой территория? Уверен, он рассчитывает узнать подробности от поселившегося в соседнем штате Лорана. После моего убийства Джеймс-то свалит, а дар Виктории, понимание, когда и в каком направлении бежать от опасности, позволит парочке скрываться, пока о них не забудут или не махнут рукой.
Через неделю тут даже ищейка Вольтури не поможет, потому что Деметрий должен почувствовать след ауры, а раз Каллены скроют моё убийство, то даже намёки на след кочевников успеют рассеяться…
Идеальное преступление, но побегать всё равно придется, если Каллены сдадут того, кто организовал данную аферу.
В другом же случае я убью Калленов, подтверждая свою неуязвимость. Единственным не участвующим в заговоре останется Эдвард, потому что вроде под моим контролем и влюблён. Сомневаюсь, что против меня Джеймс поскачет в авангарде… Нет, скорее на битву он будет наблюдать со стороны и вмешается со своей помощью лишь тогда, когда у одной из сторон окажется очевидный перевес сил. В итоге расскажет, что он, мол, ни при чём, а подговорила Калленов ревнующая Виктория… Что Вика в этот момент будет уже за несколько сот миль от места событий — гадать не приходится.
Однако раз эти земли мне дороги, как и люди, живущие здесь, то я буду вынуждена оставить Эдварда в Форксе, чтобы тот защищал территорию, как единственный, оставшийся после битвы со мной, вампир-вегетарианец. Но вернуться с пустыми руками без одарённого к Аро я себе позволить не смогу, так что… «Джеймс, твоя сила и ум приятно поразили меня, как насчёт поездки в Италию?»
Ха!
— Мы уже близко, душа моя, что ты там сопишь? Устала? — ворвался в мои мысли заботливый голос Эдварда.
— Нет, всё в порядке…
Эдвард бежал, и нас едва ли обгонял ветер. Но, как позже сказал телепат, Джеймс учуял нас и от преследования Элеазара отказался, быстро сбежав из зоны таланта Каллена… Обидно… Наши гости, кстати, чувствовали, что за ними кто-то наблюдает, но вида не показывали.
После приветствия первой со мной заговорила шикарная брюнетка с чуть испанским акцентом:
— Значит, ты та, из-за которой случился этот переполох? — задумчиво-доброжелательно спросила Кармен.
Её спутник смотрел на меня с таким же плохо скрываемым любопытством.
— А вы, значит, те, кто ушли из свиты Вольтури без последствий? — спародировала я её тон.
Элеазар и Кармен переглянусь.
— Не обращайте внимания, ребята, — рассмеялся Эдвард, видя их недоумение. — Белла сегодня немножко порыкивает, а ещё готовилась морально попинать ищейку, поэтому настроение у неё сейчас соответствующее.
— Нам начинать бояться?
Телепат шутливо взъерошил мне волосы, за что я показательно рыкнула на него.
— Ну, как хотите, но Джеймса спугнул сейчас именно её запах, — телепат постучал пальцем по собственному виску, намекая на источник информации.
Факт того, что ищейка опасается встречаться со мной, его изрядно позабавил.
— Как вам удалось провести этих вампиров? — недоумевал Элеазар.
— Наша семья привыкла притворяться, — пожал плечами Эдвард.
— Но пульс должен был выдать ложь девушки…
— Да какая я «девушка»? — хитро усмехнулась и храбро подошла к вампирам, протянув руку для пожатия. — Позвольте представиться, Валентина Архиповна Скоролец, в девичестве Рихтер, мне шестьдесят семь лет, а ещё я хирург и вдова. Я из России, как понимаете…
Люблю быть откровенной. Особенно когда шанс, что тебе поверят, нулевой.
Первым после оглушающей тишины рассмеялся Каллен, за ним остальные. Вывод, сделанный мной давным-давно: «Хочешь спрятать правду? Не прячь её».