Я не хотела вас обидеть, случайно просто повезло
А я-то думал, Вы счастливая,
Когда одна на склоне дня
Вы шли такая горделивая
И не взглянули на меня.
А я-то думал, Вы счастливая.
Я думал, Вы счастливей всех,
Когда смотрел в глаза игривые,
Когда веселый слышал смех…
На Вас глядят глаза влюбленные.
Им не понять издалека,
Что в Вас тоска неутоленная,
Святая женская тоска.
Петр Градов
Белла
Мои дни были наполнены беготней и заботами. И если организм по началу с энтузиазмом принял этот темп за вызов, то душа подобных метаний не оценила. Мои сны стали рваными и какими-то тревожными, часто снились кошмары, в которых я не понимала, что сплю.
Иногда я в страхе бежала по лесу, чувствуя, как нечто быстрое, смертоносное преследует меня по пятам… Было невыносимо жарко, а кожа чесалась, но я не имела права даже на секунду остановиться. Оно бежало за мной. Оно хотело причинить мне боль, сломать кости, разорвать. Оно было сильнее меня и знало, что я не смогу долго противостоять ему. Стоило подумать об этом, как под ноги подворачивалась толстая ветка. Я кубарем летела вниз, в какой-то лесной овраг, а оглянувшись, видела огромного белоснежного волка с алыми глазами, который, прижавшись к земле, готовился прыгнуть. Прямо на меня…
В такие ночи я просыпалась с хрипом, резко, чувствуя, как бешено колотится сердце.
В другие ночи я бродила по школе или городу и искала своих друзей, особенно Бо, а натыкалась лишь на незнакомые лица. Это было похоже на дурацкий розыгрыш, которые частенько пытался проворачивать Тайлер, наверняка и сейчас организатором был он… Чертов Кроули… Я гадала, как он умудрился подменить всех учеников в школе? В конце концов, разозлившись, я проникала в кабинет мистера Грина и начинала искать личное дело Бо, в то время как внезапный липкий страх уже делал неловкими и бесполезными мои пальцы… Не находила… Ни его папки, ни дела Анжелы Вебер, ни Тайлера Кроули, ни Майка Ньютона, ни даже Изабеллы Свон… В эти странные моменты я еще не понимала, что сплю, но уже начинала чувствовать, что подобное где-то видела… И когда я в приступе испуганной злости пинала ногой со всей силы ни в чем неповинный шкаф, мне на голову сваливалась новая папка… Открыв ее, я каждый раз вслух читала имя девушки, холодея: Изабелла Мари Каллен.
А иногда мне снился Эдвард. Чаще всего, он был таким же как в начале нашей дружбы. Вежливый, обходительный, улыбчивый. Мы говорили с ним о книгах, планировали походы в театр, оперу или балет… Он был таким добрым и чутким, что я забывала о нашей ссоре.
А порой он просто смотрел на меня немигающим взглядом, а я смотрела на него. В его глазах читалось презрение и разочарование. Он либо молчал, либо спрашивал, почему я просто не скажу ему спасибо, навсегда оставив его в покое. А я цеплялась за прошлое, моменты теплоты, что-то униженно спрашивала, зная, что он мне соврет.
Проснувшись утром после таких снов, я удивлялась себе и играм своего подсознания, ведь сны всегда были чем-то подвластным мне. Обычно я легко вспоминала, что сплю и брала чудовищ под свой контроль, но не сейчас.
— Белла, если Бо нет рядом, это не повод пялиться на Калленов, — насмешливый голос Джесс напомнил мне о том, почему я не рассказываю ей про наши отношения с Квоном. — Боишься, что мальчик не потянет твой Гарвард?
— Материально или интеллектуально, Джесс? И какой из двух мальчиков тебя интересует? — коварно спросила я, надеясь, что девушка не заметит подвоха.
— А какой из двух мальчиков интересует тебя? — не попался наш тертый калач-сплетник. — Я что-то ни разу не видела, как вы целуетесь с Бо.
— Ты правда веришь, что я целовалась с Калленом? — я добавила своему язвительному голосу полпуда сочувствия, на что Стенли возмущенно вспыхнула.
— Хватит отвечать вопросом на вопрос, Белла!