Эрик тоже не привык, что основной интеллектуал беседы не он, обычно я давала местному «комсоргу» карт бланш на выбор застольной темы, в которой он разбирается, но страстные танцы явно выходили за пределы его компетенции.
Сидеть и наблюдать точно не входило в его планы, так что, как только Эдвард начал говорить про сальсу, Йорки вежливо откашлялся, привлекая к себе внимание собравшихся:
— Каллен, ты ждешь сестру или решил присоединиться к нам надолго?
Молодец, дипломат. Жаль, что в его мыслях телепат прочел менее вежливый вопрос типа: «Когда же ты, Эдди, свалишь?».
— Ты так недоволен моим присутствием? — Каллен чуть склонил голову, обратив на журналиста пристальный взгляд.
Вампир забавлялся.
Посмотрев на растерянное лицо Эрика, я решила вмешаться:
— Возможно, тебе будет удобней упражнять свое обаяние где-нибудь подальше от нас? Вижу в той стороне столик пустует, займи его и собирай аншлаги…
Обернувшись ко мне всем корпусом, Эдвард посмотрел на меня, явно сдерживая улыбку:
— Я бы так и сделал, но решил принять твое предложение…
— Мое предложение?!
— Не далее как месяц назад на этом самом месте ты говорила, что всегда рада видеть меня в этой компании… Ты тогда еще сомневалась, что из-за моего присутствия и наших разговоров о высоком, другим станет скучно, — Каллен вздохнул. — Дамы, вам скучно?
— Нет! — почти стройный хор счастливых дам стал ему ответом.
Джессика еще и схватила его за рукав, боясь, что это видение исчезнет.
— Мадам… Ваша карта бита, — смеялись уверенные в своей победе золотые глаза.
— Я еще с тобой даже не играю, мой мальчик, — прошептала я по-русски, зная, что он услышит.
Странно дернувшись, то ли от моей снисходительной улыбки, то ли от обращения, Каллен внимательно вгляделся в мои глаза, а потом так же чуть слышно прошептал:
— А я соскучился по нашей игре, Белла.
Отвернулась, спряталась, не выдержав этот серьезный взгляд. Резко разболелась голова. Зачем он так? Все это в прошлом. Вампиры для меня тоже в прошлом. Интересные разговоры о картинах, музыке, загадках истории, уроки испанского, шутки, подначки это нельзя вернуть или пытаться повторить… Лягушка выпрыгнула из кипятка. И я не собираюсь обжигать пальцы больше…
Пришла Элис, я смогла переобуться в удобные кеды и даже самостоятельно дойти до кабинета, а потом и до редакции, подводя с Эриком итоги праздника. После уроков я с какой-то приклеенной улыбкой вручала подарки победителям, раскрывала собственное инкогнито Купидона, шутила, а через пять минут не помнила, о чем говорила, вокруг меня было слишком много людей. Подходили благодарные девочки, грозили пальцем парни, кто-то обнимал, шумел под ухом и просто поздравлял, даже отдали обещанные конфеты… Все это как-то начало хаотично мелькать передо мной вместе с золотыми звездочками… Резкий вдох не помог, в глазах потемнело… Последней глупой, но связной мыслью перед обмороком было: не уронить бы марципаны.