— Человек — странное существо, Эдвард… — нарушила я тишину, обратив усталый взгляд на вампира.
— Соглашусь, — кивнул он. — Кто-то сравнивает его с овцами, а кто-то с волками. Медея явно была волчицей…
— А между тем ни одна волчица не убьет свое потомство из мести… Люди куда страшнее в своем безумии и разумности…
— Ты боишься себя, верно? — внезапно догадался Каллен, заставив меня остановиться. — Я не знаю, что с тобой происходит, но ты похожа на загнанного зверя. Смотрю в твои глаза и вижу…
— Молчи, пожалуйста… — перебила я парня.
Сердце билось где-то в горле. Да, я боялась. Боялась, когда, глядя на сцену, вспоминала все отчетливей сегодняшний сон. Что это ночью было? Подсознание? Я так хотела узнать происхождение вампиров и ждала Медею, колдунью и заклинательницу змей, что в моей голове, перемешавшись, родилась та легенда? Однако я помню не только легенду, но и разговор с мужем. Он был реальным. Это было воспоминание, а не фантазия.
А что если этот мир подделка, фикция, последняя агония воспаленного мозга? Что если все это происходит в моем больном подсознании, а я сейчас, реальная я, нахожусь на грани смерти в душной палате, утыканная проводами?
Я помотала головой, стараясь отогнать навязчивую картинку, эти мысли ни к чему хорошему не приведут.
— Да, черт возьми, я боюсь себя, — призналась я, — боюсь неизвестности, боюсь собственных ошибок, боюсь беспомощности, боюсь потерь, боюсь причинить боль близким, боюсь, что скоро придет жестокая расплата за все хорошее, что есть в моей жизни. Я трусиха! Трусиха, Эдвард! — мои плечи обняли сильные руки, прижимая к себе.
Я спрятала лицо, сжалась и затихла. Очередной маленький момент слабости. Сердце билось крохотной птичкой. А холодные пальцы успокаивающе перебирали мне волосы.
— Мисс Свон, неужели вы думаете, что я позволил бы вам платить за что бы то ни было? Не займу вам сил, не требуя ничего взамен? Испугаюсь вас и вашей странной осведомленности о чем бы то ни было? Я даже не позволю вам от меня избавиться. Поздно, душа моя… Мне слишком интересно с тобой…
Холодные губы скривились в усмешке.
Я замерла, почему-то всем сердцем слушая это странное утешение-признание. Если бы не последняя фраза, я бы даже решила, что в пору говорить о влюбленности, но в теплых золотых глазах горело любопытство и доля восхищения.
— Книга шарад и загадок, — прошептал мужчина, улыбаясь.
— Ну, раз так, то я хочу шпикачку… — уверенно объявила я, отстраняясь.
Когда он думал, что моей непредсказуемой крыше съезжать ниже некуда, снизу постучали…
Эдвард недолго пребывал в шоке от резкой смены моего настроения и темы, рассмеявшись, он повел меня на поиски съестного, отвечающего моему «взыскательному» вкусy.
Вечер меланхолика прервался, едва начавшись. Мы обсуждали греческие трагедии, придумывая им забавные концовки в стиле комедий Мольера, вспоминали возможности древних лекарей, представляя, что было бы, очутись современный медик в тех далеких временах, разговор лился весело и непринужденно. Мне было легко и интересно… Мы с Эдвардом ловко станцевали под уличного флейтиста, собрав небольшую публику вокруг обрадованного нашей поддержкой музыканта. Позже я заметила, как Каллен кинул крупную купюру в шапку талантливого парня. Когда Эдвард заметил, что я поеживаюсь от ветра, он накинул мне на плечи свое пальто и настойчиво повел в сторону машины, закругляя вечер. Вообще вампир вел себя так предупредительно, нежно и заботливо, что, когда мы подъехали к моему дому и припарковались возле машины шерифа, мне даже не хотелось выходит из салона. Из динамиков лилась музыка Джузеппе Верди, спокойная атмосфера, тепло и запах подаренного парфюма расслабляли.
— Меня ждут… — сказала я скорее для себя, чем для парня, который внимательно смотрел мне в глаза.
— Да, твой отец и Бо…то есть Балто уже наверняка волнуются.
Я поморщилась, вспоминая, что так и не отругала вампира за кличку хаски:
— Мы так и не поговорили с тобой по поводу собаки.
— Прости. — В его голосе я не слышала ни капли раскаяния.
— Будь так добр, прекрати это. Я больше не хочу получать подарки, Эдвард.
— Я подумаю, что можно с этим сделать… — по-деловому кивнул Каллен, выходя из машины и помогая выйти мне.
Кинув в его сторону предупреждающий взгляд, я гордо, вскинув подбородок, пошла в сторону двери, но едва не сверзилась с высоких шпилек, запутавшись в длинном подоле. Эдвард подхватил меня с невозмутимым лицом.
— Осторожней, вредина, я не хочу, чтобы твой отец подумал, что я напоил тебя…
— Скажешь, что я пьяна от твоего присутствия, и я с тобой не разговариваю, Каллен, — расхохоталась я, вспомнив кое-что из прошлого и пихая парня в бок.
Вампир посмотрел на меня внимательным взглядом, но смолчал.
— Спасибо за вечер, Эдвард.
Мы стояли на пороге моего дома, и я не решалась открыть дверь. Вампир ласково взял меня за руку, отсчитывая пульс, а потом поднес мою ладонь к губам. Я непроизвольно задержала дыхание, мечтая не покраснеть.
— Не за что, Белла.
Положение спас щенок, который учуял меня и Каллена из-за двери.
Под тихий смех вампира я скрылась в доме.