— Складно, но мы не меняем цвета… — Каллен чуть потянул меня за прядь волос, отчего я придвинулась ещё ближе к его лицу.
Чёрт. У него после охоты даже губы стали ярче. Нет, не надо сейчас о них, иначе гормоны взбесятся. Я помотала головой, выбрасывая из неё ненужные мысли, а потом решила, что лучше на Эдварда вообще не смотреть. Легла на плед, закрыла глаза, привела дыхание в норму, вот после этого излагать теорию стало в разы проще:
— Спорный вопрос насчет цвета, однако… Ваша кожа не меняет цвет, как минералы, но в вашем теле приходит в это состояние жидкость, заменяющая вам кровь; я так понимаю — именно она отвечает за переработку выпитой крови. Твои кожные покровы порозовели после сегодняшней охоты, значит, процесс распада и заражения новой крови вирусом идёт полным ходом… Так вот, эта жидкость начинает настолько быстро циркулировать по организму, что это выглядит как сияние.
— Да, возможно… После охоты действительно кажется, что ты оживаешь. Возможно, так воспринимается внутренний ток. И если бы кожа вампиров была идеально гладкой не только снаружи, но и изнутри, мы бы получили лёгкие переливы, похожие на перламутр… Однако всё дело в том, что наша кожа имеет чёткую кристаллическую сетку и некоторую закономерную неровность, несравнимую ни с какой алмазной огранкой, — Эдвард задумчиво рассматривал собственную руку, как будто видел её впервые. — В итоге мы не меняем цвет, но переливаемся, как снег на солнце.
— Или бриллианты, — я в шутку предприняла последнюю попытку отцарапать себе алмазной крошки.
Каллен закрыл глаза, не мешая мне.
Скоро придётся возвращаться… Я окинула взглядом уютную поляну. Хорошо здесь. Тихо, красиво… После того, как я подкрепилась, в корзине пикника наверняка появилось свободное место…
— Можно, я тут поработаю газонокосилкой? — спросила чисто для проформы, вставая с широкого лоскутного пледа.
Эдвард посмотрел на меня с недоумением, и я решила пояснить:
— Тут много интересных трав растёт: вербена, ромашка, лютики… Хочу собрать для отваров…
Каллен рассмеялся.
— Маленькая ведьма, — ласково подразнил он. — Лютик и вербена — ядовитые растения, ты в курсе? Зелье Джульетты было приготовлено именно из лютика, чтоб ты знала…
Не обращая внимания на его слова, я начала собирать яркие соцветия. Вербену, кстати, вырывала прямо с корнем.
— Таки можно подумать, шо я ещё буду слушать какого-то старикашку… — ворчала я, как настоящая еврейская травница, придирчиво рассматривая фиолетовые цветочки.
Да с этого богатства такие взвары можно нацедить для волос, такие масочки для лица, для рук… О, подорожник! В следующий раз отдельно ещё корзинку возьму… Святые мухоморы, да тут Клондайк для зельевара!
Эдвард наблюдал, как я, восторженно бухтя, вандалю его особенное место, и улыбался с умилением. Не соврала ромашка… Любит…
Наверное, помня о терпении Каллена, я решила попробовать то, от чего моему книжному прототипу стало дурно. А, возможно, вампир просто предложил это с таким сияющим лицом, что я не нашла в себе сил отказаться. Да и любопытно же.
Эдвард заранее заботливо укутал меня в плед, чтобы мне не дай бог не прилетело веткой по открытой коже. Я не верила, когда он сказал, что мы доберёмся до машины за минуты три. Однако…
Скорость была феноменальной! Я даже не слышала, как хрустят ветки под ногами Каллена. Он будто не касался земли, а летел! Мои лёгкие горели, и запоздало я вспомнила, что нужно сделать вдох. Картинки мелькали, деревья, кусты, земля — все слилось в причудливом калейдоскопе, смазалось, а я мёртвой хваткой вцепилась в шею парня, широко распахнув глаза. Чувствовала себя улиткой, которую запустили в космос.
Но мне понравилось. Выброс адреналина был получше, чем на русских горках. Я с трудом удержалась от предложения: а давай ещё разок!
Эдвард только улыбался моему восторгу и обещал обязательно покатать в следующий раз.
Моя большая реактивная черепаха…
— Ты ведь не первый раз так передвигалась, знаешь?
Я удивлённо посмотрела на вампира. Его чуть смущённый вид заставил меня занервничать.
— Не помнишь, как мы встречали рассвет недавно?
Тут помню, тут не помню…
— Я была уже спящей во время транспортировки, — на последнем слове я запнулась, а взгляд Эдварда переместился на мои губы.
Мне кажется, что я покраснела.
Этот момент очень сильно напоминал мне книжную сцену первого поцелуя девушки и вампира, и я была откровенно не готова к тому, что Эдвард решит попробовать… Попробовать… Короче, меня попробовать.
Сглотнув вязкую слюну, я пожалела, что не умею так быстро бегать. Хотя далеко ли убежишь от самой себя? Симпатия, нежность, ревность… Я же видела, к чему меня ведут собственные чувства.
Моё смущение не осталось незамеченным, однако было растолковано по-своему.
— Мне кажется, тебе не стоит садиться за руль сейчас, Белла, — Каллен кивнул на то, как я разминала затёкшие руки.
Слишком судорожно вцепилась в его шею… Вздохнув, я бросила Эдварду ключи от своего «Астон Мартина».
Если бы я знала, во что это выльется…
***
— О, привет! Как покатались, Белла? — Эмметт первый встретил взъерошенную меня, когда я, спотыкаясь, ворвалась в их дом. Мне нужно было прилечь. Немедленно…
Следом за мной шёл обескураженный Эдвард.
— Мы не катались, Эмметт, мы готовились к полету Земля-Марс… — прошипела я сквозь зубы, борясь с дурнотой.
— Белла, ну хватит, тебе же нравилась скорость… Когда я катал тебя на себе… А это даже быстрее… — Каллен реально не понимал причин моего страха, но не рассказывать же, что я уже один раз попала в аварию!
Я бросила на бывшего водителя убийственный взгляд. На все мои тихие просьбы снизить скорость по дороге он не обращал внимания, считая, что я его разыгрываю. А меня накрыла паника в тот момент. Я даже не была уверена, на каком языке умоляю Каллена остановиться.
— Почему скорости в машине ты не довольна? Я езжу лучше Шумахера! — он постучал пальцем по голове, намекая на свой встроенный радар.
— Да потому что на трассе ты не Шумахер, а грёбанный член дорожного движения, Эдвард! — зарычала я под сдавленный смех Эмметта. — Потому что машина, в отличие от тебя, может сломаться, разбиться, попасть в аварию и покалечить людей! А я не хочу умереть из-за того, что ты забыл снять ногу-кирпич с педали газа!
Меня мягко обняла Элис, а Джаспер, пришедший с ней, посмотрел с жалостью. Тут же я почувствовала, как паника уходит, уступая место спокойствию. Вдох-выдох.
— Ты правда боишься? На меня рычать не страшишься, бегать со мной не боишься, а быстрая езда приводит тебя в такой ужас? — недоумевал Эд, увидев мои эмоции с помощью брата. — Это твоя фобия такая, что ли? Я ведь тебя в любом случае спасу…
На миг мне захотелось ему врезать. Однако Джаспер не дремал и погасил секундный порыв агрессии.
Сглотнула ком в горле и зажмурилась. Меня он спасёт, а остальным вызовет скорую?
— Белла, жги, — подбодрил меня улыбающийся здоровяк. — После «грёбанного члена дорожного движения» я морально отошёл и готов записывать новые перлы.
Эдвард
Белла была напугана. Уровень её паники просто зашкаливал, а я даже не мог подумать, что её сбивчивый шёпот:
— Я никуда не спешу… Зачем так нестись, Эдвард? Чёрт… Давай ты сбавишь скорость… Каллен, ты ненормальный… Остановись… Господи… Шайтан-машина… Мы разобьёмся… — реальный ужас.
Она даже не закричала. Её пульс не ускорился, и я посчитал это очередной шуткой, кокетством, ведь недавно она была в восторге, когда мы бежали ещё быстрее…
Сейчас же я смотрел на бледную девушку, видел маленькие бисеринки пота, расширенные зрачки и вспоминал, что у женщин с их непостоянством гормонов, перепадами давления при беременности и родах, в отличии от мужчин, чаще всего даже пульс не выходит за рамки нормы в прединфарктном состоянии.
Глядя на то, как Белла медленно сжимала и разжимала левую руку, я едва не рухнул. Джаспер удивлённо посмотрел на меня, чувствуя, как панический ужас мисс Свон передался мне и накрыл с головой.