— Неужели владычицей морской быть не хотелось?
Ха, с такой удачей у меня бессмертный вампир «на посылках»…
— Нет, хотя море я, несомненно, люблю. Я зачитала до дыр историю Александра Беляева «Человек-амфибия». Каждый раз знаю, как закончится, и все равно переживаю и плачу… Жаль, что Беляев не написал продолжение этого романа…
— Беляев не написал, зато Александр Климай рискнул продолжить. У него есть два романа о дальнейших приключениях Ихтиандра. Ты не знала?
— Не знала… Русскую литературу в Америке не найдешь в обычной библиотеке. Большинство моих книг куплены в Нью-Йорке на блошиных рынках Бруклина или на Брайтон-Бич. А у тебя есть эти книги?
Эдвард поджал губы:
— К сожалению, нет. Моя семья много переезжает, Белла. Может быть, книги потерялись. Хотя, возможно, я брал ее в библиотеке, когда жил на Аляске.
«Как интересно вы скрываете правду за туманными формулировками, типа молодой, типа человек», — внутренне улыбнулась я, постукивая ноготками в такт «Музыкальной шутке» Себастьяна Баха.
Естественно, семье вампиров приходится часто переезжать, а все вещи перевозить из дома в дом попросту нереально. Но в библиотеке Калленов я бы с удовольствием покопалась, наверняка там можно найти множество научных трудов по медицине, философии, истории… Да и с Карлайлом мне будет явно мало очередного разговора в больнице.
Книжную Беллу Эдвард счел достойной для знакомства с семьей, а я? Сможет ли этот парень признаться в том, что он вампир? Впрочем, это зависит больше от меня…
— Белла, а с кем из героев книги ты себя больше ассоциировала при прочтении Беляева? — внезапный вопрос Каллена вырвал меня из размышлений.
Я попыталась вспомнить свое первое прочтение романа. Тогда я, безусловно, представляла себя Гуттиэре, юной и храброй девушкой, которую спасает загадочный молодой человек… Но, вспомнив свои недавние рассуждения о межвидовой пересадке органов, я начала склоняться к образу гения хирургии, доктора Сальваторе…
— Пожалуй, во мне борется симпатия к нежному образу девушки и профессиональная предвзятость хирурга, Эдвард. Ты не поверишь, но о перспективах ксенотрансплантации я думала буквально с неделю назад…
Вампир даже не предполагал, в каком контексте были эти мысли… И слава богу…
— Ну почему же, Белла, охотно верю. Рассматривать картину Рембрандта с точки зрения правил аутопсии, рассуждать об ампутации пальца за обедом и просвещать одноклассников о предназначении скальпеля, долота и стамески, а между этим, думать о пересадке органов животных человеку — вполне в твоём стиле, милая…
С трудом сохраняя серьёзное выражение лица и титаническим усилием воли игнорируя его немного издевательское обращение, я чопорно парировала:
— Не понимаю о чём вы говорите, молодой человек… А каким волшебным образом вы услышали тот первый разговор о скальпелях?.. Помнится, вы сидели достаточно далеко, подслушать было нереально…
Лицо собеседника тут же застыло напряжённой маской.
Палишься, дорогой лягушонок, ой, как палишься…
— Кажется, я слышал разговор других ребят о том дне, — притворно беззаботно ответил Каллен, — не сразу поверил своим ушам… Ты очень умная девушка, Белла…
— Прикидываюсь, Эдвард, — усмехнулась я, игнорируя его безбожную лесть и сомнительную попытку съехать с опасной темы. — Но ты ведь тоже водишь меня за нос, не так ли?
Усмехнувшись, Каллен покачал головой:
— Блестящая интуиция, Белла… «Darla con poco» — водить кого-то за нос…
========== Остапа понесло… или Почем опиум для народа? ==========
Я видел Заслугу: по свету она,
Как нищий убогий, скиталась:
Я видел, как Бедность в одежде шута
Пред сильными мира кривлялась:
Я видел, как нагло в порок и разврат
Невинность безбожно толкали,
Как Гений и Разум пред Силой молчат,
Как Честь и Любовь оскорбляли:
Как в докторской тоге, с дипломом в руках
Безумие гордо шагает!..
Я видел Добро в кандалах и цепях,
А Зло — на свободе гуляет!..
И я устал, устал!.. И смерть призвал бы я,