— Эдвард? — отец коснулся моего плеча, вырывая меня из воспоминаний прошлого.
— Всё в порядке, отец. Простите, мне нужно пробежаться.
Я как можно беззаботнее улыбнулся Эсми и бросил предупреждающий взгляд на Элис, которая лишь молча кивнула с абсолютно независимым видом.
Мне не поверили, но я был рад, что в этот раз Джаспер не вмешивается. Мне действительно было необходимо подумать в одиночестве. И пусть для родных я сначала ненадолго превратился в неподвижную статую с испуганными глазами, а теперь стремительно сбегал в неизвестном направлении. Пусть… Мои действия были порой столь же непредсказуемы, как и мысли окружающих.
Скользя в вечерних сумерках прочь от голосов родных, я услышал, как мама по-своему истолковала мой побег, решив, что Элис мысленно «сказала» мне что-то неприемлемое. Интересно, ябеда предвидела подобный вариант развития событий, когда говорила о нашей ссоре с Беллой?
Поймав себя на том, что неосознанно направляюсь прямо к дому шерифа, я резко остановился. Я спятил? Вряд ли мисс Свон решила лечь сегодня в шесть вечера… То, что я вернусь к девушке с наступлением ночи, даже не обсуждалось.
И всё-таки она не могла знать о нашей тайне.
Все её мечты не раз подняты фантастами в своих произведениях, мне ли не знать? И роман Беляева лишь подтверждает это. Стоит ли удивляться тому, что Белла поставила целью сделать из сказки реальность?
Петляя по лесу и наслаждаясь скоростью, я надеялся уберечь очаровательную мисс Свон от страшной сказки, в которой живёт моя семья. Но когда ночью я приблизился к заветному домику, я понял, что ограждать Беллу необходимо не только от вампиров, но и от самой себя!
Эта невыносимая девчонка опять не спала! Изабелла что-то записывала себе в тетрадь, периодически сверяясь с компьютером. И если первые три часа я проторчал под деревом в надежде на то, что она очень быстро устанет и уснёт, то следующие пять часов до рассвета разуверили меня в этом абсолютно! В итоге я всю ночь проторчал на дереве, наблюдая, как этот стойкий оловянный солдатик конспектирует учебник «Генетика человека с основами медицинской генетики», который лично я читал на третьем курсе, получая вторую учёную степень…
«Можешь возвращаться домой, она не заснёт», — СМС от Элис в полшестого утра выглядела, как изысканная издёвка.
То есть раньше сестра сказать это мне не могла…
Пока я набирал это сообщение, мне уже успел прилететь ответ:
«Во-первых, пока ты не извинился перед Беллой, я тебе ничего не должна, а во-вторых… Ты бы всё равно мне не поверил!»
Вздохнув и посмотрев в последний раз в окно, за которым сонно моргала девушка уже не первый раз, я вынужден был согласиться с последним пунктом. Как Белла пойдет в таком состоянии в школу? Под глазами у нее залегли тёмные круги, белки, наверняка, покраснели, а кожа была ещё бледнее обычного. Девушка второй раз уныло заглянула в пустую кружку, где час назад ещё оставался недопитый кофе, и зевая пошла… нет, не в кровать, а на кухню! Конечно, за пятой чашкой этого бодрящего напитка, которую она выпила только при мне…
Её пульс то ускорялся, то становился еле слышным. Мне казалось, что она вот-вот упадёт в обморок. Очень хотелось подойти к девушке, вылить на компьютер новую кружку этой бурды, закутать Беллу в одеяло по самый нос и уложить в кровать, рыкнув, чтобы даже глаза боялась открыть…
Но я боролся со своими желаниями.
Почему-то вспомнился вирус, вошедший в Книгу рекордов Гинесса со статусом самого разрушительного вредоносного программного кода в мире. Выпущенный в сеть пять лет назад, вирус «I love you», который изначально менял расширение мультимедийных файлов, крал пароли и делал веерную рассылку через почту носителя, в последней своей модификации был способен удалить и изменить системные файлы INI и BAT, отвечающие за загрузку машины…
Возвращаясь домой, я раздумывал о возможном членовредительстве, если Белла не перестанет наплевательски относиться к своему здоровью. Забота о девушке смешивалась с досадой. Я не услышал ни слова за эту ночь. Белла работала молча, даже губы не шевелились. Я даже не видел, что именно она записывала, так как с моего наблюдательного пункта был виден лишь силуэт девушки и чертов экран компьютера.
Мысли о вирусе становились все более навязчивыми…
Зайдя в дом, я повторил свой вчерашний маневр с кухней. То, что Белла пила кофе на голодный желудок, мне абсолютно не нравилось. Если она не повысит свой уровень сахара в крови, то обморок ей обеспечен.