— Как? Мы ждали только эту прекрасную даму? — воскликнул с ужасным акцентом Александр на терпимом английском, подтверждая мою теорию о знании языка. — Разве вашей внучки не будет? Я слышал, что она приехала проведать вас в Нью-Йорке…
Роб с удивлением посмотрел на будущего партнёра, который, кажется, тоже собирал перед встречей всю дедушкину подноготную. Мило. Я обменялась понимающими улыбками с родственником, зная, что Ванесса была приглашена сюда после работы в вечер субботы скорее в качестве отвлекающего маневра для такого бабника, а не потому, что сама попросилась поприсутствовать на встрече…
Хотя, я не удивлюсь, если Роб лично принёс тот злополучный журнал и показал фото клиента нашим сплетницам, дабы девушки сами напросились. Я даже не сильно удивлюсь, если сотрудница согласилась сократить свою месячную премию ради этой встречи.
Вот у кого я училась делать деньги из воздуха:
— Ваша внучка чувствовала себя слишком уставшей после перелёта. Думаю, она поехала домой, Роберт, — я многозначительно посмотрела на деда.
Не дёрнув бровью, дедуля подыгрывал моему спектаклю. Ванесса непонимающе переводила удивлённый взгляд с меня на работодателя. Ричард благоразумно молчал, привыкнув к нашим играм… Увидев, что девчонка вот-вот сдаст меня неудачным вопросом, Роб притворно ласково спросил:
— В чём дело, Ванесса? Тебе тоже нездоровится? Выглядишь ты неважно… Иди домой, дорогая…
В последней фразе явно сквозил настоятельный совет. Я невозмутимо отвернулась, расслабляясь, о разоблачении теперь не может быть и речи.
— Н-но… А как же… — в голосе бедной Ванессы теперь почти слышались слёзы.
Детка реально не понимала ситуацию.
— Исчезни! — выразительно медленно приказал дед по-испански.
Жалобно всхлипнув, но не пытаясь спорить, девушка вышла из зала, не прощаясь.
— Квартальная премия? — предположила я, салютуя родственнику бокалом, подобным образом благодаря за такую защиту моих, даже шуточных, интересов.
Роб усмехнулся, демонстрируя белоснежные зубы:
— Нет, дорогуша, годовая… И время я не уточнял! — с удовольствием добавил интриган.
Я улыбнулась, ласково качая головой и признавая опыт Маэстро разводов на деньги:
— Хитро!
— Несравненная, можно тоже поучаствовать в вашем любопытном разговоре, раз уж я прилетел сюда с другого континента? — недовольный Александр даже привстал с кресла, лишь бы я его заметила.
Медленно и нехотя я одарила мужчину насмешливым взглядом:
— В нашем разговоре нельзя, — сказала по-русски, как отрезала, — но вы начните свой, желательно с представления для невежливых императриц, вдруг нам понравится, и мы тоже поучаствуем… Вы же готовились? — я вздёрнула бровь, намекая, что попытку подлизаться через внучку заметила.
На скулах русского так красиво заиграли желваки, что я мысленно погладила себя по головке и вручила себе «Оскар». А ты думал, в сказку попал? Нам нервные и слабые партнёры не нужны. Это естественный отбор, дорогуша…
***
«Моя порода…» — мысленно улыбнулся Роберт, наблюдая, как взявший себя в руки Грановский безуспешно пытается прощупать степень непробиваемости внучки.
Впрочем, относительно породы дед понял едва ли не с первого взгляда в хитрые карие глазки кудрявого трехгодовалого ангела с характером бесёнка…
— А ты мой добрый дедуля, да? — спросила четырнадцать лет назад малышка с задатками потомственного манипулятора, прострелив мужчине сердце навылет одной фразой.
В тот день, прижав к себе это лёгкое чудо в нарядном платьице, Роб понял, какой он на самом деле трус… Да, пора было менять в жизни многое. То, как бизнесмен сейчас без оглядки ведёт дела и, главное, с кем, просто недопустимо, зная об этой девочке. Рано или поздно враги, конкуренты поймут, найдут… Попробуют надавить через неё.
Это означало крах. Мистер Хиггинботом теперь до дрожи боялся потерять этот шустро показывающий ему что-то комочек счастья. Смотрел на неё, такую маленькую, не находя ни единой своей черты в лице, но сердце стучало бешено и как-то радостно, тикая: моя… Моя… Моя девочка.
Роберт никогда не чувствовал подобного с Рене, даже когда смотрел в свои глаза на лице дочери. Они были совершенно разные внутри. Совершенно не понимали друг друга. Им не о чем было говорить. Тем более после его развода с Мери, на которую дочь всегда была слишком похожа…