И сейчас я боялся не за себя, а, скорее, за своего милого маленького дилера. Ведь со мной-то ничего не станется, а вот ей общение с вампиром грозит серьёзной опасностью…
Помимо очевидных причин, которые упираются в её запах и мои границы самоконтроля, девочка может узнать тайну моей семьи. То, что она способна на это при больших проколах с моей стороны и страстной любознательностью с её стороны, я не сомневался.
Моя задача — оградить её от этого. Потому что я даже думать не хотел об ужасных последствиях моей ошибки… Люди не должны знать о существовании вампиров. Это закон. Наказание за его нарушение — смерть. Обеим сторонам. Я не мог так подставлять семью. Но мне невыносимо было думать о том, что нужно будет прервать жизнь Беллы. Что она вообще прервётся. Мысль о том, что палачом буду я или кто-то из моей семьи, была слишком болезненной.
Была бы нестерпимой, если бы я задержался на ней дольше мгновения.
Так, наверное, заядлый наркоман не представляет, как сливает собственноручно в унитаз целый пакет своего любимого порошка.
Нет, я так не смогу. Даже под самым обдолбанным кайфом…
Я буду с этой девочкой столько, сколько смогу себе позволить. Столько, сколько смогу держать её подальше от реального кошмара моего существования… А когда придёт время «завязки», я прежде всего удостоверюсь, что не наследил в жизни этой девочки настолько, чтобы моё внезапное исчезновение не поставило её под очередной удар судьбы, от которого Белла Свон так ловко уворачивалась на протяжении жизни.
Добежав до домика шерифа, я был готов уже проникнуть через окно в спальню Беллы, когда заметил тусклый свет в её комнате. Она не спит? Бросив взгляд на мобильный, который я предварительно поставил на режим без звука, я убедился, что время уже перешагнуло давно за полночь.
Странно. Чем она занимается так поздно?
Движимый любопытством, я взобрался на большое дерево, которое удобно росло напротив широкого окна девочки. Была видна расправленная кровать, угол возле шкафа, где я так позорно прятался ночью и краешек рабочего стола, за которым сидела Белла. Приглядевшись внимательнее, я понял, что она уснула за компьютером.
Это было настолько по-детски, что я не сдержался и захихикал:
— Кажется, ничто человеческое вам не чуждо, мисс Свон…
Но я не собирался позволять ей спать в таком неудобном положении. Решив, что даже если получится немного шумно, я убью сразу двух зайцев, и приступил к окну девушки. Как я и думал, масло чудесно смазало петли. Чтобы удостовериться в эффекте, я начал медленно и осторожно поднимать раму. При малейшем скрипе я возвращался к маслёнке. Наконец я победил скрипучее окно. Теперь оно открывалось легко и беззвучно.
Убедившись, что не оставил неосторожных следов, я вытер специально прихваченным с собой платком пару жирных подтёков и понял, что пора бы Белоснежке перебираться на удобную кровать. Бросив взгляд на не погасший экран компьютера, я закатил глаза: «Генетическая модификация животных». Ладно, готов признать, это не то, что обычно читают подростки на ночь.
Вернувшись на облюбованное дерево, я осторожно постучал его веткой о стекло окна. Едва заметив, как спящая зашевелилась, я спустился и отступил в темноту, прячась от случайного взгляда. Хотя она и не выглянула во двор. Но я мог легко наблюдать её покачивающийся силуэт рядом с окном. Белла сонно бормотала что-то о том, что это не её дело и всем помочь нереально. Потом она отошла вглубь комнаты, и я уловил, как шуршит её одежда, видимо, девушка переодевалась в ночную рубашку, а потом чуть слышно скрипнула старая кровать, обещая своей опоздавшей хозяйке сладкий и тёплый сон.
Снова взобравшись на дерево, я развернул небольшой пакет, куда сложил грязную обувь и маслёнку. Ещё вчера я мельком заметил, что в комнате девушки удивительно чисто. Особенно чистым был пол. Это, видимо, из-за того, что Свон, как я заметил, предпочитает ходить босиком, а уличную обувь снимает ещё у порога. В любом случае, после моей пробежки по влажному лесу, моя подошва была далека от кристально чистой, поэтому я не собирался оставлять чёткие следы туфлей явно мужского размера в спальне девушки, которая отличалась «прекрасной интуицией, недюжинной сообразительностью и исключительной проницательностью»…
Сегодня я хорошо подготовился. Час в углу прошлой ночью прекрасно воспитал во мне сознательность и осторожность. Дождавшись, когда дыхание девушки станет глубоким, а сердцебиение замедлится, я с чувством полного удовлетворения проник в её спальню, приготовившись слушать…