Премьера фильма «Старое ружьё» в августе 1975-го — истинный триумф. Она проводит счастливое лето с Давидом и Даниэлем Биазини. Он моложе её на девять лет и с 1974 года — её личный секретарь. Её работа, её страсти, её желание не сдаваться, создать себе убежище и известную определённость в жизни, её любовь к сыну — вот что для неё важнее всего. Она непрерывно черпает из источника своей энергии, своей чувствительности, своей фантазии; новообретённая свобода, однако, кружит ей голову. После съёмок она, как всегда, чувствует себя абсолютно затерянной в мире. Дружбы, возникающие во время съёмок, оказываются недолгими. Исключение — только Клод Соте. В сентябре она узнаёт, что ждёт ребёнка, и 18 декабря 1975 года в Берлине празднует свадьбу с Даниэлем Биазини. В начале 1976 года она попадает в аварию, что приводит к выкидышу. В апреле 1976-го получает «Сезара» как лучшая актриса за «Старое ружьё» и «Главное — любить». Сразу после этого она снимается в Греции в фильме «Женщина в окне». У Клода Соте она снимается в «Мадо».
Её профессия даёт ей силы, но душевно изматывает её. Привязанность к Биазини — сильная и страстная. В сентябре 1976-го в Берлине начинаются съёмки «Группового портрета с дамой» по роману Генриха Бёлля; это её 50-й фильм. Она чувствует себя чужой. В январе 1977-го, во время съёмок в Австрии, она вновь узнаёт о своей беременности. 21 июля 1977-го года посредством кесарева сечения появляется на свет её дочь Сара Магдалена. Год проходит в незамутнённой гармонии. В 1978-м она играет Элен в «Простой истории» у Клода Соте, которому полностью доверяет. Роми — на вершине своей карьеры. Ей 40 лет. В конце года она снимается в фильме «Кровная связь» (съёмки идут на Сардинии и в Мюнхене), а в 1979-м — в картинах «Свет женщины» и «Прямой репортаж о смерти» (в Глазго). 3 февраля она получает своего второго «Сезара» — за «Простую историю». 15 апреля 1979 года, после Пасхи, в гамбургской квартире кончает жизнь самоубийством Харри Мейен. В феврале 1980 года Роми снимается в «Банкирше», и в августе того же года с большим успехом проходит премьера этого фильма. Осенью 1980-го в Италии Роми снимается в «Призраке любви», и это приводит к дружеским отношениям с директором картины Лораном Петеном. Работа заполняет её жизнь, но делает эту жизнь хаотичной.
26 августа 1980 года в Вене умирает Роза Альбах-Ретти, бабушка Роми.
Несмотря на обилие съёмок, Роми находит время сообщать в письмах друзьям о своих чувствах, об обыденной жизни, о режиссёрах и о своих размышлениях по поводу ролей. Рабочие записи и личные заметки о съёмках по-прежнему важны ей. Но также важны и разговоры о её браке, о рождении дочери и о семейной жизни.
20 февраля 1975 года
Вот теперь действительно перерыв!
Я не думаю, что слишком много сделала — то есть надоела людям, публике тем, что меня можно слишком часто видеть в кино. Скорее я надоела самой себе.
24 апреля 1975 года
Я навестила в Вене свою бабушку. Она настойчиво внушала мне, что женщины не позволяют себе сдаваться под ударами судьбы. Мы сильнее, чем большинство мужчин.
19 мая 1975 года
Главное сейчас — Даниэль Биазини. Он так напоминает мне Алена Делона! У него такой же независимый характер, такой же шарм и юмор.
22 мая 1975 года
Я могу любить и быть счастливой, не связывая себя каким-то документом. Может быть, это вообще единственная форма отношений, сохраняющая любовь и счастье.
Я хотела бы второго ребёнка. Мне скоро 37, пора подарить Давиду маленького брата или сестру. Я хочу исполнить это желание только сейчас, потому что раньше я не была ни влюблена, ни счастлива. А теперь я готова.
7 июня 1975 года
Я уже стала уставать защищаться от клеветы и бесчисленных сплетен — они распространяются обо мне ежедневно.
Прежде всего их изобретают молодёжные издания. Я хотела бы, конечно, второго ребёнка — так скоро, как возможно. Мне скоро 37, Давиду восемь — пора. Но мои планы в кино едва ли оставляют мне эту возможность: на весну и осень 1976-го уже подписаны договоры. Однако новое материнство для меня — не повод срочно выходить замуж. К тому же я близко знаю Даниэля всего лишь полгода. Мой развод идёт своим чередом, и я попытаюсь за два месяца покончить с этим делом. Это уже чистая формальность, в Германии её можно уладить даже в моё отсутствие. Я полагаю, мы расстанемся, сохранив взаимопонимание, поэтому Харри может потом в любой момент видеть Давида хоть в Париже, хоть в Гамбурге.