— Милая моя, хорошо, что ты приехала ко мне. Как ты? — она чуть отстранилась и посмотрела мне в глаза.
— Привет, Дэрин. Я в порядке, — я попыталась улыбнуться, хотя мне давалось это с трудом.
— Ничего не бойся. Ты под моей защитой. Будь как дома и просто постарайся выдохнуть, — спокойно сказала Дэрин.
Я улыбнулась и поблагодарила её.
— А теперь, мои дорогие, мойте руки и за стол. Вчера испекла черничный пирог, и, честно говоря, сама не знаю, как удержалась и не съела его одна, — голос Дэрин звучал непривычно мягко.
По дороге в ванную я не удержалась и спросила:
— Куда дели строгую Дэрин? Такой я её вижу впервые.
— Просто на работе и дома это две разных женщины, — усмехнулся Дин.
Мы вернулись на кухню и, увидев за столом Уильяма, переглянулись.
— Знакомьтесь, это Уильям. Уильям, это Дин и Эйни.
— Спасибо, мы уже знакомы, — Уильям улыбнулся. — Привет, ребята.
— Привет, — отозвались мы с Дином в один голос.
— Уильям попьёт с нами чай и поедет по делам. А потом мы поговорим, — добавила Дэрин.
Первые минуты мне было очень неловко, будто ворвалась в чью-то уютную жизнь, где мне не место. Дэрин никогда не видела меня такой — заплаканной и разбитой, но Уильям и Дэрин завели какой-то лёгкий разговор, и напряжение понемногу ушло. Когда мы допили чай, Уильям попрощался и уехал, и мы остались на кухне втроём.
— А теперь, милые мои, рассказывайте. Что случилось? И с самого начала.
Первым заговорил Дин. Потом я продолжила, и чем дольше я говорила, тем отчётливее видела, как меняется лицо Дэрин: злость, удивление, сочувствие сменяли друг друга. Когда я замолчала, она подошла и обняла меня. В её глазах стояли слёзы, но она быстро взяла себя в руки.
— Почему ты всё это время молчала? Разве ты не знала, что я всегда приду тебе на помощь? Эйни, детка... — Она снова обняла меня, крепче, чем в первый раз.
И вдруг стало так тепло, как не было уже очень давно. Я даже не могла вспомнить, обнимала ли меня когда-нибудь так моя собственная мать.
— Спасибо, Дэрин. Я думала, что справлюсь сама, но что-то пошло не так.
— А я? Эйни, я ведь твой друг, — В голосе Дина прозвучала обида. Кажется, я значила для него больше, чем думала.
— Прости, Дин, — я коснулась его руки. — Мне было трудно рассказать. Очень трудно
— Дин, не дави на Эйни. Такие вещи не рассказывают просто так. Это очень личное. — Дэрин выпрямилась, и её голос зазвучал строже, — А теперь давайте по существу, чьих рук это дело? У вас есть догадки?
Мы с Дином переглянулись. Я успела сказать первой:
— Джеймс.
— А я думаю, это Нолан, — тут же добавил Дин.
— Нолан? — переспросила я.
— Джеймс? Нолан? Погодите. При чём здесь Джеймс? — она посмотрела на меня. — Вы разве общаетесь?
— Виделись пару раз, — ответила я.
— Тётя, это точно не Джеймс, — настаивал Дин.
— Тётя? — я уставилась на него. — И почему я узнаю об этом только сейчас? Хотя нет, сейчас это неважно.
— Знают друг друга настолько, что Джеймс решил отомстить? — удивлённо спросила Дэрин.
— Отомстить? За что? — я непонимающе посмотрела на неё.
— А вы правда считаете, что такие статьи появляются случайно? — Дэрин окинула нас взглядом. — Тем более про тебя, Эйни. Ты постоянно работаешь, что это ещё может быть?
— Дэрин, я думаю, это Джеймс.
Она тихо рассмеялась.
— Джеймс? Он бы никогда на такое не пошёл. Я знаю его с пелёнок, он хорошо воспитан. И к тому же он мой крестник и прекрасно понимает: если натворит что-то подобное, мало ему не покажется.
Крестник? Сегодня точно день новостей.
— Но Джеймс — единственный, кто знал всё. Он приехал ко мне в день рождения и видел синяк.
— Это случилось прямо в твой день рождения? — Дин испуганно посмотрел на меня. — И ты даже не позвонила?
— Дин, хватит, — осадила его Дэрин. — А почему вы упомянули Нолана?
— Потому что... Он тоже знал. Но не всё. Это Дин думает на него. Только Нолан меня в тот день даже не поздравил. Мы вообще не общались.
— Так, я всё поняла, — Дэрин решительно поднялась. — Эйни, ты остаёшься у меня. С Бетти я договорюсь. Дин, ты за ней присмотришь, пока я не вернусь. Мне нужно кое-куда съездить. В холодильнике полно еды, не голодайте. Скоро буду.
Мы убрали со стола, и я почувствовала, как наваливается усталость. Дин, кажется, это заметил.
— Может, тебе поспать?
— Мне сейчас не до сна. Я просто хочу полежать, а ты, если можешь, побудь рядом.
— Конечно. — Он улыбнулся мне. — Пойдём, провожу тебя в гостиную.
Дом был небольшим, но очень уютным. Каждая деталь отражала её характер — ничего лишнего, всё строго и со вкусом. Никаких фотографий на стенах, никаких картин, зато повсюду стояли цветы в горшках — на полу у окон, на полках шкафа, на журнальном столике. Интересно, какой Дэрин была в молодости? Я обвела комнату взглядом и вдруг поняла: эта гостиная напомнила мне дом Джеймса. Тот же стиль, та же атмосфера.