Выбрать главу

— Элиан… — тихо сказала она.

Он не ответил. Молчание.

Она подошла ближе, положила ладонь на шершавую кору дерева.

— Ты ведь не сбежал, да? — осторожно. — Ты просто… не смог остаться дома.

Он сжал руки сильнее.

— Они все скрывали, — глухо сказал он наконец. — Все. Папа. Врачи. Даже Элли… хотя она хотела как лучше.

Николь подняла на него глаза.

— Она просто испугалась за маму.

— А я что? — голос сорвался. — Я не имею права знать, что моя мама может… — он замолчал, сглотнул. — Что она может не проснуться?

Николь вздохнула и села у корней дерева.

— Имеешь.

Он резко посмотрел на неё.

— Тогда почему мне никто ничего не сказал?

— Потому что взрослые иногда думают, что молчание защищает, — мягко сказала она. — А на самом деле оно только делает боль сильнее.

Элиан закрыл лицо руками.

— Я не смог смотреть на неё в палате, — прошептал он. — Она лежала такая… маленькая.
И я ничего не мог сделать. Ничего.

Николь встала и осторожно протянула руку.

— Спускайся.

— Не хочу.

— Я не прошу тебя быть сильным, — сказала она тихо. — Я прошу тебя не быть одному.

Он долго смотрел на её руку. Потом медленно, неловко слез с ветки. Когда его ноги коснулись земли, он вдруг сломался.

Николь едва успела обнять его, как он уткнулся ей в плечо, сдерживаясь из последних сил.

— Я боюсь… — выдохнул он. — Николь, мне так страшно.

Она крепко обняла его, гладя по спине, по волосам.

— Я знаю. Я здесь. Ты не один, слышишь?

Он кивнул, всё ещё дрожа.

— Элли думает, что должна всё выдержать, — сказал он после паузы. — А я должен защищать её. Но сейчас… я не могу даже себя защитить.

— Значит, сегодня я защищаю вас обоих, — сказала Николь. А потом вы снова будете держаться друг за друга.

Элиан глубоко вдохнул.

— Мне надо домой… — сказал он наконец. — Элли будет волноваться.

Николь слегка улыбнулась сквозь слёзы.

— Пойдём. Твоя семья ждёт тебя.

Они пошли вместе, медленно, плечо к плечу.

А старое дерево остался позади хранить ещё одну тайну, ещё одну боль, и надежду, что всё это когда-нибудь переживут.

Дом встретил их тёплым светом и запахом остывшего завтрака. Когда Николь и Элиан вошли, Элли сразу поднялась с дивана.

— Эли… — она выдохнула его имя, будто боялась, что он снова исчезнет.

Элиан ничего не сказал.
Он просто подошёл и обнял её. Крепко. По-настоящему.

Элли уткнулась лицом ему в грудь.

— Прости… — прошептала она. — Я не хотела, чтобы ты узнал так.

— Я знаю, — тихо ответил он. — Ты всегда всё берёшь на себя.

Ник стоял чуть в стороне, не вмешиваясь.
Он видел: сейчас это их момент.
Брат и сестра.
Два ребёнка, которым слишком рано пришлось стать взрослыми.

— Мама… — Элли подняла глаза. — Как она?

Элиан сглотнул.

— Папа звонил. Она всё ещё без сознания.
Врачи говорят — состояние стабильное. Пока.

Это «пока» повисло в воздухе, как нож.

Николь нарушила тишину:

— Давайте сядем. Вы ничего не ели.

Они молча сели за стол.
Еда была тёплой, но никто почти не чувствовал вкуса.

Ник посмотрел на Элли.

— Я съезжу сегодня в больницу, — сказал он. — Узнаю всё, что смогу.
И… — он сделал паузу. — Я займусь деньгами. Турнир, спонсоры, всё, что есть. Мы не одни.

Элли посмотрела на него, и в её глазах снова появились слёзы, но уже другие.

— Спасибо…

Он слабо улыбнулся.

— Я обещал быть рядом. Это не пустые слова.

Телефон Элиана завибрировал.

Он посмотрел на экран и резко встал.

— Это папа.

Все замерли.

Элиан ответил, отошёл на пару шагов.
Говорил тихо, но лицо менялось с каждой секундой.

— Да…
— Понял…
— Мы приедем.

Он сбросил вызов.

— Маму переводят в реанимацию, — сказал он глухо. — На обследование сердца.

Элли побледнела.

— Значит… всё серьёзно?

— Да.

Ник сразу взял куртку.

— Поехали. Все.

Николь кивнула.

— Я с вами.

Дорога до больницы была тягучей. Ник ехал молча, крепко сжимая руль.
Элли смотрела в окно и считала фонари один, два, три… Лишь бы не думать.

В больнице их встретил отец. Он выглядел старше, чем вчера. Будто за ночь прожил несколько лет.

— Она в реанимации, — сказал он. — Но… она жива. И борется.

Элли прижалась к нему.

— Мы тоже будем бороться, пап.

Он закрыл глаза.

— Я знаю.

Чуть позже, в коридоре, Ник отозвал Элли в сторону.

— Есть ещё кое-что, — тихо сказал он. — Лэнс сегодня пойдёт в полицию.