— Понимаешь, я не могу общаться с человеком, перед которым так опозорилась, когда я смотрю на тебя, сразу сожалею о том, что кабина лифта не оборвалась и …
— Если скажешь, как тебя зовут, обещаю никогда не припоминать этот случай. — пообещал он.
— Анна.
— Кирилл. Видишь, как просто. — сказал он. — Домой идешь? Давай понесу пакет.
Они зашли в подъезд, парень подошел к лифту и нажал кнопку вызова.
— Спасибо. — сказала она и стала забирать пакет. — Я пешком.
— Да не волнуйся ты так, у меня же есть ведро. — пошутил он.
Она выхватила пакет и торопливо направилась к лестничной площадке.
— Ну прости. — повторял он, поднимаясь следом по лестнице. — Хочешь я расскажу тебе свой грязный секрет.
— Хочу. — еле послышалось спереди.
— Это было на даче. Мне было 3–4 года. Я нашел собачью какашку. Ну знаешь такую закрученную, похожую на пирожное, и решил сделать маме сюрприз. Взял тарелку из ее любимого сервиза, положил на нее находку, украсил ягодами, листиками, цветами и преподнес на обеденным стол. Мама до сих пор, если я что-то спалю или пересолю, говорит, что это потому что я с детства говноповар.
— Говноповар. — повторила она ехидно.
— Слушай, может все-таки дальше на лифте доедем? — умолял запыхавшийся парень.
— Ладно, говноповар, поехали! — сказала она и вызвала лифт.
2
— Да иду я, иду. — перекрикивала она настойчивый стук в дверь.
— Ты опять от меня скрываешься? — послышался вопрос за открывающейся дверью.
— Вообще то у меня отпуск. Я отдыхаю от людей, а они от меня. Ты первый человек, помимо
доставщиков еды, которого я вижу за неделю. Как там, кстати? Зомби апокалипсис не начался?
— Начался. — ответил Кирилл, вытянул руки вперед, изображая зомби. — Я пришел съесть твои мозги.
— Тогда у тебя проблемы, ты умрешь с голоду. — засмеялась она — Проходи, чай будешь?
Небольшая, но уютная квартира-студия открывала перед ним свои двери. Светлые стены, проектор, живой уголок с цветами, большое круглое зеркало в углу, пара цветных гантелей, книги, стоящие стопкой прямо на полу и не застланная кровать.
— И чем ты занимаешься целыми днями? — поинтересовался Кирилл за чаем.
— Смотрю фильмы, ем, читаю, ем, сейчас планировала маску для лица сделать. Хочешь со мной?
— Давай. — неуверенно согласился он.
В промежутках между приступами смеха она размазывала по его чересчур сосредоточенному лицу глиняную маску, затем нанесла слой на себя, и они завалились на ее кровать сохнуть. Она почувствовала пристальный взгляд, не выдержала и спросила:
— Что?
— Почему ты такая?
— Какая? — уточнила она, искренне не понимая, что он имеет ввиду.
— Просто моя бывшая специально ставила будильник на пол часа раньше моего, чтобы накраситься, даже если ей никуда не нужно было идти в этот день.
— Аааа…Ты имеешь ввиду нормальная. — ответила Анна с издевкой. — Просто мне на тебя все равно, а она была влюблена. Влюбленные люди ненормальные. Пойдем смывать маску, а то станешь слишком красивым, и я тоже стану ненормальной. — подмигнула она и встала с кровати.
— А потом давай посмотрим что-нибудь на твоем проекторе. — ему не хотелось уходить.
— Ладно. — согласилась она.
Кино вкусы у них оказались абсолютно разными. Он любил боевики и комедии, она драмы и артхаусную чушь. Анна устала спорить и властно заявила:
— Моя квартира, мой проектор, мой фильм.
— Ладно, ладно, убедила. — подчинился парень.
Еле сдерживая слезы, шмыгая носом, она смущенно повернулась к Кириллу, чтобы узнать его мнение о фильме. Укутавшись в одеяло, парень положил руку под подушку и уплыл в мир снов.
— Не вздумай спать в моей постели. — взбесилась она, не рассчитала силы и столкнула его с кровати.
Стопка книг решила отомстить невоспитанному гостю, и перехватила его бровь по дороге к полу.
Испуганная Анна соскочила с кровати, подбежала к не до конца проснувшемуся парню.
— Прости, прости, пожалуйста. Я не специально. — тараторила она растеряно.
— Ненормальная. Такой сон хороший прервала. — только и ответил он, встал и направился к двери.
На следующее утро Кирилл проснулся, сделал кофе и как обычно пошел выносить мусор, за это время напиток успевал остыть до идеальной температуры. Ссадина слегка ныла. Он дотронулся до нее рукой, несильная боль отозвалась эхом. «Вот чудачка» — подумал он и улыбнулся. На обратном пути заглянул в почтовый ящик и нашел странный конверт. «Кириллу. Письмо прощения»— было написано на нем.
«Привет. Я вообще не умею просить прощения. Если честно мне проще перестать общаться с человеком, чем видеть его осуждающий взгляд, но, наверное, пора взрослеть. В общем прости меня, я не знаю, что на меня нашло, точнее знаю, но не скажу. Если извинения приняты, жду тебя сегодня в 8 вечера в гости. Готова смотреть ужасные боевики и обещаю не толкаться.»