— Ты забыла, как танцевать?
— Ты забыл, что я потеряла память? — приподняла я бровь, и он хмыкнул.
— Я не вижу никаких изменений.
Никаких? Ты настолько был невнимателен к собственной сестре?
У него повысилось настроение. Я это почувствовала и поняла по его широкой мальчишеской улыбке и ему было абсолютно плевать на то, что я постоянно спотыкаюсь и наступаю на его ноги. Тихая мелодия стала громче, и я к своему удивлению заметила, что тоже улыбаюсь. Он продолжал петь и водить, а я воспользовавшись моментом резко спросила:
— Почему мы вчера поссорились?
Он краем глаз посмотрел на меня, но не стал отвечать. Внезапно схватил меня за талию, прижав к себе и невероятно быстро закрутился. Тихо вскрикнула, хватаясь за него и слыша его заливистый смех, а после слова:
— Держись за меня всегда! Никогда не отпускай! Никогда!
От него пахнет кровью и деревом. Разрушением. Он злодей, а я его любимая сестра, которую он погубит своей местью. Мы оба умрём в конце этой истории. Станем жертвами своих желаний и чувств. И каким бы монстром он ни был, только с ним я могу добиться счастливого конца. Когда напротив убийца и сбоку тоже убийца, надо выбирать того, кто возьмёт меч, чтобы защитить тебя, а не убить. Если меч призванный защищать направит остриё на меня, я убью прежде, чем сама умру.
— Моё сердце... — он прижимает меня крепче, и утыкается носом в мои волосы, глубоко вдыхая их запах. А я снова вижу мёртвые глаза и кровь. Всюду. Этот запах... Будет преследовать меня вечно.
— Элизабет?
Пытаюсь сказать что-то, но тело не слушается. Чувствую спиной кровать и пытаюсь встать, но из меня будто все силы выкачали. Голод, усталость, стресс... Слишком не вовремя.
— Я прикажу принести завтрак сюда и сам покормлю тебя, — заявляет он с лёгким волнением в голосе, а я не могу, даже возразить. Он наклоняется и его губы касаются моих, а после он быстро отстранившись идёт к дверям.
Мне не показалось, когда я впервые очнулась. Это он меня целовал. С каким же психом мне придётся жить. Мне придётся учиться управлять не только с собой, придётся следить за каждым словом и движением. Я уже вчера видела, что будет, в обратном случае. И мне... Страшно.
Глава 5. Боль
— Какая же ты уродина...
Жмурюсь от болит и шепчу:
— Тим, хватит! Прошу...
— Как много шрамов. Отвратительно. И с этим ты собралась жить?
Открываю глаза и тут же провожу рукой по шее, ища следы шрамов, но под ладонью только гладкая кожа. Поднимаю ладонь и разглядываю её.
У неё даже рука красивая и изящная.
— Ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает Аня, садясь рядом и погладив меня по голове.
— А ты? — спрашиваю у неё, пытаясь мнова отвлечься. Снова сделать вид, что всё нормально. Никому не нравится видеть грустного человека...
"Надоело! Нам даже улыбнуться в присутствии Эли нельзя?! Да сдохли родители, чёрт с ними, надо, чтобы и мы убились горем?!" — истерично орала Аня, когда моя тётя попросила её быть тише за столом. Я перестала есть, и не стала уходить после этих слов. Поймав взгляд тёти улыбнулась и продолжила есть, давая понять, что всё... хорошо.
— У тебя лицо такое будто кто-то умер, — хмыкнула Аня и я усмехнулась.
Они чем-то похожи. Не только именами и возрастом. А я снова не отпускаю прошлое.
Осторожно села и поинтересовалась:
— Где герцог?
— Твой брат? Уехал во дворец. Его срочно вызвали. Мне приказал не отходить от тебя... Я не против, — она кокетливо улыбнулась, потянувшись к моему лицу. Тактично отвернулась, предлагая:
— Покажешь мне поместье? Или может погуляем?
— Пф, — она опустилась на край кровати и сложила руки на груди, — Тебе сначала надо поесть. Я не лекарь, но даже мне ясно, что ты ой как себя довела. Умереть хочешь? Выбери более быстрый и безболезненный способ, — хмыкнула она, но судя по её бегающим глазам, она не то хотела сказать мне. И добавила, — Хочешь я тебя покормлю?
Как много желающих меня кормить.
— Быстрый и безболезненный способ это какой? — как бы шутливо уточнила, взяв поднос с едой на колени и начиная есть.
— Яд, — и она до ужаса странным взглядом уставилась на меня, а после взглянула на мою еду. Стало тихо.
Проверяет на доверие? Хм. Вопреки её словам у двери столовой, я буду доверять ей. Просить такое может лишь тот кто боится сам быть преданным кем-то.
— Принеси мне ещё, я этим не буду сыта, — жуя хлеб проворчала я, и продолжила есть. Она закатила глаза, но облегчённо вздохнула и кивнув, встала и ушла. Проводила её взглядом и вскоре закончила есть. Еды действительно было мало, будто меня специально мало кормили, чтобы чаще болела. С одной стороны это выгодно для герцога, ведь мной будет легче управлять, но с другой всё же риск умереть есть.