Стальное кольцо окончательно сковывает лёгкие и я делая громки вдох, распахиваю глаза и тяжело дышу, смотря в потолок. Оглядываюсь и тут же жмурюсь от жжения по всему телу. Пытаюсь встать, но вдруг осознаю, что мои конечности не двигаются.
Затекли?
Опускаю взгляд и перестаю дышать.
Меня привязали к кровати. Поднимаю взгляд на герцога рядом с собой и в очередной раз выдыхаю. Он словно не замечал меня, усердно смешивая какие-то травы в миске. Запах трав тут же ударил в нос и отрезвил сознание. Прохрипела:
— Вон.
Он проигнорировал мои слова, даже не посмотрел на меня и бережным жестом стал намазывать получившуюся мазь. На мне была лишь тонкая сорочка, и он спокойно касался всех уголков моего тела, нежно и бережно.
Выгибаюсь от чувства отвращения и шиплю:
— Не с-с-смей!!!
Он молча продолжает своё дело. Перестаю дёргаться, понимая, как это бесполезно и шепчу неискренне:
— За что ты так со мной, брат? Эта ли твоя любовь?
— Я тебя не раз предупреждал, — спокойно бормочет он, будто тело без души, — Никто не смеет касаться тебя, дружить с тобой, получать твои улыбки, дышать твоим запахом, обнимать тебя и целовать. Никто.
Сумасшедший. Насколько же ты безумен, герцог Рейнольдс?
— Я не виноват... — мы встретились пустыми глазами, — Я предупреждал тебя. Не вини меня. Не... Не ненавидь меня. Не смей. Ты не имеешь на это права.
Истеричный смех проносится по комнате, а после ядовитые слова:
— Я ненавижу тебя! Так сильно, что готова умереть, чтобы ты сдох следом! Не-на-ви-жу!!!
Он резко замахнулся рукой и я даже не закрываю глаза. Смотрю, как горит ярость в его глазах и снова смеюсь, словно сумасшедшая:
— Ты не сделаешь мне больно. И пальцем не тронешь. Зато я могу.
Дёрнула рукой, что есть силы. Послышался хруст. Он подскочил на месте, заорав:
— Нет!!! Что я должен сделать?! Что?!!
— Освободи меня и убирайся к чертям! — крикнула в ответ, и он наконец-то торопливо развязал меня и бросился к дверям. Оставшись одна, пытаюсь унять смех, но у меня не сразу получается.
***
Успокоившись и осознав, что натворила, мне хотелось уже плакать, но я не смогла ни капли выдавить из себя, поэтому посчитав это бесполезным, затравленным зверем начала "зализывать" свои раны. В дверь постучались, но после того, как туда полетела ваза больше никто не осмелился приходить ко мне. Не до конца намазавшись мазью, подошла к большому зеркалу и скинула с себя сорочку. Скользнула равнодушным взглядом по синякам и царапинам на всём теле, которые я сама же себе сделала. Прижала ладонь к отражению и глядя в усталое и заплаканное лицо, прошептала:
— Элизабет... Прости. Я... Не справилась. Снова.
Тишина была мне ответом, но я продолжила:
— Прости, но я не уйду из этого мира. Мне больше некуда идти, поэтому я раз за разом буду падать и задыхаться в собственном теле, но не сбегу. Не умру. Не смогу. Буду страдать до конца, чтобы... Хах... Потому что другой выход меня не устраивает.
Возвращаюсь в постель, завязываю всё тряпками и тканью, которую оставил герцог и слыша чужие шаги в комнате, снова хочу крикнуть и отогнать прочь, но вижу карие глаза и замолкаю. Аня выглядела более худой, чем вчера и она была такой равнодушной, будто от её света осталось лишь тень, которая навеки налегла на её глаза и веснушки.
Она не спеша подошла к кровати и поставила поднос с едой на тумбочку. Избегала моего взгляда, но когда всё же решилась я зажмурилась, чувствуя тупую боль в груди. Слова "извини", "прости, это моя вина", "ты как?", застряли в горле и вместо этого я лишь выдавила:
— Я больше не хочу видеть тебя в этом особняке. Убирайся.
Ради бога, ради всего святого, Аня уйди, иначе я сойду с ума, если с тобой снова что-то произойдёт. Пока ты тут... И пока та сволочь жива, я не могу жить спокойно. Ты была моей опорой, но сейчас тебе самой нужна верная опора. Не сломанная, как я, такая лишь погубить тебя.
Вижу, как мои слова ранили её и пытаясь остановить воображаемую кровь, я добавила:
— Я попрошу щедро вознаградить тебя...
— Я не уйду. Не оставлю тебя здесь, — резко прервала она меня, слишком уверенным и твёрдым голосом. Прежней солнечной девочки больше не было...
— ...вознаградить тебя за ублажение моего милого брата. Хочешь больше? — сделав вид, что не услышала её, спросила я и улыбнулась. Она шумно выдохнула и прошептала:
— Ты не можешь так поступать со мной. Не говори такие слова, чтобы оттолкнуть меня. Я не поведусь! Я тебя...
— Хватить! — отчаянно вырвалось у меня. Сердце разрывалось от желания обнять её и молить о прощении, — Хватить липнуть ко мне! Надоела!
В этот раз я попала в её слабое место. Короткий всхлип, и она сорвавшись с места сбегает из комнаты. Вскакиваю на ноги, хватая поднос и бросив об пол. Гневно крикнула, словно раненный зверь и с силой дёрнула шнурок для вызова прислуги. Прибежала незнакомая девушка и я рявкнула: