Рейнольдс вдруг посмотрел на меня, словно спрашивая моего разрешения. Поняв, что я не поняла его, он спросил вслух:
— Тебе будет комфортно?
Он сейчас опять думает обо мне? Ему нужно отдохнуть и провериться лекарям, а он... Ладно. Мне пора привыкать.
— Да, — чувствуя давление из-за многочисленных взглядов произнесла я и едва заметно шагнула за его спину, где стоял Тони, будто прикрывая его тыл. Тони посмотрел на меня и ободряюще улыбнулся, но я никак не отреагировала на это. Все рыцари ушли, оставив нас и мы не спешными шагами пошли по тёмному лесу. Киммель подал голос:
— Это не так далеко отсюда. Полчаса дороги. Мы привыкли ходить пешком, но если Вам будет не...
— Всё нормально, — громко произнесла я, снова привлекая лишнее внимание. Снова взгляды. В них я видела сочувствие и интерес. Тони пытался увлечь меня разговором, даже не волнуясь о присутствии Рейнольдса, но у него не получилось и он замолчал. Я шла, разглядывая прямую и широкую спину своего брата. Теперь моего. Я подпустила его слишком близко, чтобы выжить. Поздно теперь отталкивать и делать ему больно.
— Элизабет? — Тони коснулся моего плеча, и я дёрнула рукой, выпалив громко:
— Не трогай меня! Сколько раз объяснять? Я ненавижу прикосновения!
— Антонио, иди впереди, — не оборачиваясь сказал Рейнольдс и Тони молча выполнил его приказ. Герцог остановился поравнявшись со мной и произнёс неуверенно, — Ты как?
— Пожалуйста, не разговаривай со мной сейчас. Я не хочу и тебе нагрубить. — искренне сказала я, намного тише. Он вдруг вытащил что-то и протянул мне. Взяв это в руки, я с удивлением увидела перчатки. Хоть и было темно, но я разглядела красивый бежевый цвет.
— Они плотные, не порвутся. Ещё и тёплые. Я подумал, что тебе это нужно, пока ты не привыкла к прикосновениям, да и тебя вечно холодные руки. Хотел подарить раньше, но думал, что ты поймёшь неправильно.
Промолчала, ощупывая перчатки и наконец-то натянула их на ладони. Они были не такие длинные, но держались хорошо и облегали ладонь будто вторая кожа. Я взяла Рейнолдса за ладонь и сжала его пальцы.
Он немного поздно подарил этот подарок, но всё же лучше поздно, чем никогда.
— Спасибо. Мне приятно знать, что ты беспокоишься о таких мелочах, брат.
Он не ответил, лишь слегка сжал мою ладонь в ответ. Спустя некоторое время он тихо поинтересовался:
— Нет никаких побочных эффектов от чужой магии?
— Я чувствую тепло от них, и всё ещё жарко там где была рана, но не так сильно.
Про искры я не стала говорить. Подняв взгляд, увидела, что Киммель немного отстал от остальных и подслушивал нас. Герцог тоже заметил это, но вновь не стал реагировать на такое. Он был удивительно безразличен к окружающим, когда то что ему было нужно было рядом и держало его за руку. Посмотрела на Рейнольдса, решив признаться:
— Я больше не боюсь тебя. И не ненавижу.
Он впервые искренне и так открыто улыбался. Повернул голову ко мне, одарил самым тёплым и любящим взглядом. Приподнял мою ладонь, касаясь губами перчатку и произнёс:
— Спасибо, моё сердце.
Улыбаюсь в ответ как можно искренне и сиотрю на Киммеля. Он очевидно чего-то хотел от нас и я решила уточнить:
— Я пойду поговорю с Тони, если ты не против.
Рейнольдс слегка завис, но потом кивнул, нехотя отпуская мою ладонь. Стоило мне отойти, как Киммель тут же подошёл к нему. Я добралась до Тони и схватила его за край рукава, удерживая на месте. Он послушно остановился и подождав пока остальные перейдут вперёд, я продолжила идти за Рейнольдсом и Киммелем, слушая их разговор:
— Герцог Рейнольдс, я хотел бы обсудить с Вами мою просьбу, в которой в прошлый и позапрошлый раз отказывали. Я могу надеяться, что в этот раз Ваш ответ положительный? — без предисловий и прямо, но строго и с аристократической уверенностью произнёс Киммель.
— Юный Аулия... — тяжко вздохнул герцог, но Киммель его перебил:
— Я лишь на год младше Вас.
— Тем не менее Вы не являетесь главой рода. При всём уважении, я уже объяснял и высказал свою точку зрения насчёт Вашей просьбы, — спокойно и устало отвечал Рейнольдс.
— Это довольно эгоистично с Вашей стороны. Я нахожу мою просьбу уместной и выгодной для всех, — упёрто продолжал Киммель и были видно, что он не сдастся. Я неуверенно уточнила у Тони, который тоже молча и с интересом их слушал:
— О чём речь?
— Аулия просит Вашей руки уже не первый год, — едва слышно сказал Тони и я выпучила глаза. Впервые после сегодняшнего меня пробило на настолько сильную эмоцию и реакция была соответствующая:
— Какого чёрта ради?