Грег снова перебил его, на этот раз с выражением покровительственного сарказма:
– Эдам, конечно, это сенсация, настоящая бомба, но…
На этот раз Грегу не дала договорить Камилла:
– Эдам, а тебе не кажется, что в любом сюжете, за который мы беремся с твоей подачи, женщины почему-то всегда выглядят униженными и жалкими? Или это действительно твое мнение?
«Вот ты-то уж действительно убогая и жалкая». Но этого он, конечно, не сказал, а словно невзначай поинтересовался:
– Это про какие сюжеты с моей подачи ты говоришь?
– Да взять хотя бы ту последнюю историю, которую ты нам в прошлый раз подсунул – про профессора, который своих студенток охмуряет. Женщины в твоих статьях выглядят как…
– Да о чем ты, Камилла? Этот сюжет вообще не о женщинах; я, наоборот, предлагал написать о мужчинах-преподавателях и об их отношении к девушкам-студенткам.
– Слушайте, давайте лучше вернемся к нашему… – попытался вмешаться Грег.
– О чем я? – Камилла уже завелась и говорила с вызовом. – Давай поставим вопрос иначе: о чем ты? Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Во всех твоих статьях подтекст ясно читается между строк: «Ах, вы только посмотрите, оказывается, ничего в нашем обществе не изменилось». Тебя послушать или почитать – так девушки-студентки все еще невинные овечки, и их нужно защищать от здоровенных мужланов, которым больше заняться нечем, кроме как соблазнять несчастных дурочек. «Мы не позволим им так себя вести – затаскивать в постель любую девчонку, которая их возбуждает». Это все та же старая как мир история о том… – Камилла внезапно замолчала, как зависший компьютер, чуть заметно шевеля губами и явно пытаясь подобрать подходящую историческую или литературную аналогию, – …о том, что всегда так все и было, – не слишком эффектно закончила девушка свою обвинительную речь, но тут спасительная метафора вдруг пришла ей в голову: – В подтексте твоих статей студентки явно все еще остаются стереотипом бедной маленькой Красной Шапочки.
– Твою мать, Камилла, как ты меня задолбала со своими подтекстами. Давайте лучше не искать подтекстов, а поговорим о самом тексте. Сам текст гласит…
– Сам текст требует от нас договориться наконец по поводу кулака с пальцем, воткнутым в задницу, и по поводу того, что все мы пидоры! У нас всего два часа до сдачи материала! Если мы не придем к общему знаменателю, то нам придется гораздо хуже, чем героям нашего материала, страдающим от проявления гомофобии! – Голос Грега перешел в крик, а под конец сорвался на визг.
– А почему ты назвал этот материал «Все мы пидоры»? – поинтересовался Рэнди. – Ты не думаешь, что малость погорячился?
Грег вздохнул, закатил глаза и постучал костяшками пальцев себе по лбу, давая понять всем, с какими идиотами ему приходится иметь дело. Он медленно перевел взгляд с Рэнди на Камиллу, потом на Эдама и сказал:
– У нас. Нет. Времени. На. Семантические. Тонкости. Объясняю для тупых: а) у нас нет времени на деструктивный анализ текстов; б) у нас нет времени на минеты, сделанные четыре месяца назад; в) у нас нет времени на блудливых профессоров; г) у нас есть время только…
Эдам, словно по команде, отключился. Он прекрасно знал, что сейчас скажет Грег и как будет выкручиваться, пытаясь сохранить хорошую мину перед коллегами по редакции. Впрочем, любой из присутствующих, если бы подумал, смог бы выстроить точно такую же схему поведения Грега, что сложилась в мыслях Эдама. Вся эта конструкция основывалась на том, что Грег испугался. Он не только боялся затронуть тему «Губернатор, минет и драка с телохранителями в университетском кампусе», он со страху готов был на полном серьезе обсуждать уничтожение дворником лозунгов «Все мы пидоры», хотя и ежу понятно, что как раз данный случай не имеет ничего общего с гомофобией. Это же готовый анекдот, и преподносить его в газете нужно именно в таком ключе, так нет же: Грег наверняка настоит, чтобы разместить на первой странице его редакционную статью на эту тему… да и то если духу хватит. Если он все-таки решится на этот «поступок», то неизменно серьезная и пресно-политкорректная статья будет начинаться с какого-нибудь унылого и неудобочитаемого пассажа вроде: «Внимание редакции привлекла одна важная проблема в одном из своих конкретных и даже вопиющих проявлений. При том, что администрация отказывается честно признать свою ошибку в имевшем месте случае уничтожения граффити и рисунков, имеющих гомосексуальную и лесбийскую тематику, при том, что отдельные представители администрации пытаются преподнести общественности эти проявления как непонимание обслуживающим персоналом всей сложности и глубины проблемы, мы считаем, что «Кулак» геев и лесбиянок имеет полное право обратиться к администрации и потребовать уважения к отдельным проявлениям творческих устремлений и настроений, относящихся к…» Ясное дело, у такого главного редактора никогда не найдется времени на то, чтобы обсудить такую тему, как «Первокурсница делает минет губернатору». Одно упоминание этого вопроса может довести опасливого конформиста Грега до сердечного приступа.