– Эй, братан, слышь, уймись, – попытался урезонить пьяного приятеля Вэнс, решив, что для большей убедительности нужно перейти на гетто-сленг, по крайней мере, в той степени, какая доступна наследнику старинного англосаксонского рода Фиппсов. – Да ты ваще въезжаешь? Ну куда поперся? Отвянь, блин, она с хахалем.
– А мне по хрену, я и с хахалем, с этим мудилой, побазарю чисто конкретно. – Блин, а ведь он и не думал переходить на гетто-сленг. Все Вэнс виноват, сбил его с толку со своим «братаном»… Твою мать, еще и язык заплетается…
Стоило Хойту сделать шаг в сторону намеченной цели, как буря, шумевшая у него в голове… нет, не улеглась, а наоборот, разыгралась еще сильнее. Чтобы проверить, все ли в порядке, Хойт посмотрел в большое зеркало за барной стойкой… Отражались в нем только голова и плечи, но и этого было достаточно. Оба Хойта остались полностью довольны собой и друг другом. Так, так, голову чуть левее… отлично, подбородок повыше, пусть все видят, какие мы волевые парни, а теперь улыбочку – не слишком широкую, доверительную, – так, просто чтобы дать понять, что он знает себе цену. В общем, Хойты пришли к выводу, что оба они просто круче тучи, а уж хороши – глаз не отвести. А если держать голову вот так, чуть задрав нос, то как шикарно смотрится наша здоровенная шея. Ну просто воплощенная сила Целая колонна торчащая в распахнутом вороте рубашки-поло. Правда, буря в голове так и не думала успокаиваться.
Проделав большую часть показавшегося не таким уж близким пути, Хойт вдруг обнаружил, что не продумал одну маленькую, но немаловажную деталь: что сказать этой девушке, как завязать разговор. Стандартный прикол тут не покатит: чем ближе он подходил, тем лучше понимал, что перед ним отнюдь не сопливая девчонка, а настоящая взрослая женщина. Судя по всему, она заметила его боковым зрением и обернулась. Что ж, ее лицо оказалось таким же, как и волосы, то есть идеально… сделанным… Мерцающие в полумраке губы… высокие скулы… блестящие глаза… Как и большинство мужчин, Хойт ни черта не понимал в тонкостях макияжа. А впрочем, какая разница. Что скрывается под тщательно нанесенным слоем грима – это в данный момент меньше всего волновало Хойта Ничто не могло бы поколебать его уверенность в себе и в том, что он сейчас снимет эту… эту… телку? Времени на раздумья не оставалось: сделав последний шаг, он на всякий случай оперся о стойку и, не придумав навскидку ничего лучше, воспользовался многократно отработанным и никогда не подводившим его «экспромтом».
– Извините, что побеспокоил… – Хойт подарил ей самую чарующую из улыбок, на какую только был способен, потом посмотрел на ее спутника и улыбнулся ему тоже. – …Но я хотел спросить вас… – теперь глядеть прямо ей в глаза, – …вы, наверно… честно, когда я тут сидел, вы… вы, наверно, уже устали от того, что вам все время говорят, как вы похожи на Бритни Спирс.
Женщина., хороша ведь, мать ее! Еще как хороша… и не подумала захихикать. Впрочем, ни раздражения, ни неприязни в ее лице Хойт тоже не заметил. Она улыбнулась ему – любезно, но довольно прохладно, – и сказала:
– Бритни Спирс блондинка. А вы не устали от того, что вам все время говорят, как вы похожи на Хойта Торпа?
Крутой братан так и замер с отвисшей челюстью. Пьяный мозг отказывался хоть как-то реагировать на такой неожиданный поворот дела.
– Это… а вы это как?… В смысле, откуда узнали, как меня зовут?
– Ну, положим, наверняка я не знала, – сказала она, – но с виду ты вылитый Хойт Торп. – Она бросила взгляд на своего спутника, и тот согласно кивнул. Потом, вновь обернувшись к Хойту, незнакомка все так же улыбаясь, продолжила: – Мы сегодня днем видели твою фотографию. Я думала, ты и не заметишь, что я на тебя посматриваю.
Хойт нервно хмыкнул и сделал какой-то неопределенный жест рукой, понадеявшись про себя, что в общем все получилось круто.
– Ну… я вот… – Больше ничего ему в голову не приходило.
– Вот уж совпадение так совпадение. – Она опять поглядела на своего спутника, и тот вновь кивком головы выразил свое согласие. – Меня зовут Рейчел Фримен. – Женщина по-деловому протянула ему руку.
Хойт не упустил возможности, как ему казалось, тонко и незаметно сделать это рукопожатие менее официальным. Сжав ладонь Рейчел чуть сильнее, чем следовало, он на мгновение дольше задержал ее в своей руке и, глядя прямо в глаза собеседнице, поинтересовался:
– Тебя это… обратно подкинуть?
– Обратно подкинуть? – переспросила Рейчел Фримен. Судя по всему, она посчитала этот вопрос недостойным ответа и без паузы показала рукой на мужчину: – А это мой коллега Майк Мараш.