Однажды слон ударил человека. Это произошло так быстро, что погонщик не успел помочь бедняге. Один солдат подошел к слону и предложил ему пригоршню сухих фруктов; слон поднял хобот как будто для того, чтобы взять их, но вдруг нанес воину такой удар, что тот свалился на землю. Когда так случается, то слоны еще и пронзают свою жертву бивнями или затаптывают ее. Но слон не сделал этого. Он повернулся и зашагал прочь, как будто ничего не случилось.
Погонщики и наемники подбежали к человеку.
— Он мертв, — заметил один.
Но пострадавший вскоре пришел в себя и поднялся на ноги.
Погонщик попросил у него прощения за проступок своего слона:
— Мой слон никогда не делал этого раньше.
— Это моя вина, — сознался воин, ко всеобщему удивлению. — За день до того, как мы вышли из зимнего лагеря, я хотел поднять слона с земли. Теперь я просто решил проверить, не забыл ли он этого. Память у него оказалась прекрасной.
Погонщик попросил его выпить с ним:
— За слона, который подарил тебе жизнь!
— Мне все едино, — сказал воин, который никак еще не мог поверить, что остался в живых.
В этот день случилось еще нечто такое, о чем говорили долгое время спустя. Слон, которого считали умершим, внезапно объявился в лагере. Он прошел через весь лагерь, пока не нашел своего погонщика. При виде воскресшего слона погонщик не смог сдвинуться с места. Слон хоботом обвил погонщика за плечи и потряс его, чтобы тот поверил, что перед ним живой слон, а не привидение.
Ганнибал подошел и поприветствовал вернувшегося домой. Вокруг слона уже собралась толпа солдат и погонщиков. Слон был ранен, но это заметили не сразу. Падая, он содрал себе кожу, а потом залепил рану куском глины.
— Он знает, как себя лечить, — восхищенно сказал Ганнибал. — Этот слон неистребим — пусть он будет для вас примером! — Ганнибал сам угостил слона. — Давайте ему двойную порцию соли, — приказал он. — Ты сам не знаешь, какая ты ценность, — обратился он к слону. — Или знаешь? Может, из пропасти ты выбрался именно потому, что знаешь это? — Он повернулся к толпе. — Если бы мы пробились всего с пятью слонами, в наших руках уже была бы половина Италии.
Ганнибал видел по лицам, что его не поняли.
— Римляне знают, что мы идем со слонами, — объяснил он. — Они так боятся слонов, что удирают от них в горы. Они думают, что слоны опасны только на равнине. Так что равнины уже наши, хотя нас там еще нет.
Погонщики и наемники слушали Ганнибала. Один Спросил:
— А почему у самих римлян нету слонов, если они их так ценят?
— На это легко ответить, — улыбнулся Ганнибал. — Потому что слоны не выносят запаха римлян.
Ганнибалу сказали, что в одной из хижин кого-то нашли. Ганнибал заспешил туда, и я побежал за ним.
Мы вошли в бедную хижину, построенную, как и все другие, из бревен. Наемники не стали ее обыскивать, решив, что она не стоит их внимания. Несколько воинов заглянули в нее и увидели, что кто-то сидит у очага.
— Человек такой старый, что непонятно, мужчина это или женщина, — доложил один из наемников. — А может, он мертв?
Я держался возле Ганнибала и мог видеть все. Комната была пуста, только у очага стояла скамья. На ней кто-то сидел. Космы седых волос закрывали лицо.
— Кто ты? — спросил Ганнибал на кельтском языке.
Человек поднял лицо. Рука — обтянутые кожей кости — убрала волосы с висков. Это была женщина. И вдруг случилось такое, чего никто не ожидал. Старая женщина наклонилась. Она засунула руку в очаг и смела золу. Засветились красные угольки. Старуха взяла пригоршню углей и протянула их Ганнибалу — он отпрянул в испуге.
— Вот, ешь! — крикнула старуха.
Угли упали на глиняный пол. Старуха так взглянула на нас, что мне показалось: у нее пустые глазницы.
— Оставьте ее, она сумасшедшая, — сказал Ганнибал и повернулся, чтобы уйти. — Она не сделает никакого вреда.
В ту ночь сгорела хижина, где жила старуха. Пламя быстро распространялось вокруг. Вскоре сгорели все остальные хижины, и для раненых не нашлось больше укрытий.
Армии огонь не причинил никакого вреда. Палатки воинов стояли поодаль. Да и большая часть провизии уже была унесена из этого селения, которое с самого начала вызывало у всех какое-то жуткое чувство.
Слоны были укрыты на ночь в ложбине, защищенной от ветра. Отблески огня, мелькавшие на фоне гор и неба, и треск пламени беспокоили слонов, но погонщикам удалось предотвратить панику. Сур и еще два слона вели себя так, будто ничего не случилось и бояться нечего. И они не ошибались: огонь слонам ничем не грозил.