Покои уже были готовы, оставалось зажечь свечи, и подготовить юную Султаншу к никяху. Махпейкер переживала, ведь она совсем молода, и многого не знает, что следовало бы знать. Симисшах и Валиде не стали её зря пугать, сказав, что Кеманкеш её сам всему научит. Служанки поправили платье Махпейкер, зажгли свечи в комнате, и тут, в покои зашёл Кеманкеш. Служанки сразу же поклонились, и вышли из покоев. Махпейкер стояла у кровати, в ожидании, что Кеманкеш подойдёт к ней. Так и произошло. Кеманкеш медленным шагом подошёл к своей жене, и мялся, не знал, что даже делать. От испуга, наверное, растерялся.
- Я столько времени грезил этим днём, Султанша, - прошептал Кеманкеш, - я не хотел, чтобы вы любили меня лишь из-за того, что я писал вам анонимные письма, и… - Махпейкер прикрыла ему рот рукой.
- Для меня это впервые, Кеманкеш, - напомнила Махпейкер, - Аллах услышал мои молитвы, и я, наконец, могу смотреть тебе в глаза, не боясь, что нас могут наказать или того хуже. Я благодарю Всевышнего за то, что он позволил мне познать любовь, и в будущем, познать все её прелести.
Речь Махпейкер вдохновила Кеманкеша, и он, откинув, а затем и сняв корону с вуалью с головы Махпейкер, дотронулся своими губами до её губ. Махпейкер удивилась такому жесту, но с некой неуверенностью начала отвечать на поцелуй Кеманкеша.
*Прошло почти 8 месяцев*
Брак Махпейкер и Кеманкеша, как предсказывала Кёсем, действительно был счастливым. Симисшах, когда дочь приезжала навестить бабушку, отца и мать, видела в её глазах лишь искры счастья, была этому очень рада, и не устала благодарить за это своего мужа. Что же касается Айше Султан, она осталась во дворце вместе с Эсманур и Османом, решив побыть ещё немного в кругу семьи. К жене присоединился и Аяз Паша, который любезно приехал сразу же на следующий день после никяха Махпейкер и Кеманкеша. Даже сундук золота им в дар привёз.
Кёсем, видя, что её семья, наконец, счастлива, она решила устроить семейный ужин. Пригласила: Мурада, шехзаде Ахмеда, шехзаде Касыма, Ибрагима, Айше Султан, Айше, Симисшах, Махпейкер, Кеманкеша, Гевхерхан, Атике, Эсму Султан и Хавсу Султан. Все любезно согласились присутствовать на таком ужине. Ужин будет проводиться в покоях Султана, так как терраса самая большая, и есть где разместиться. Яства самые изысканные, самые лучшие и вкусные, некоторые являлись любимыми для каждой из Султанш, Кёсем постаралась угодить всем.
- Вы хорошо придумали, Валиде, - улыбнулась Гевхерхан, - собрать всю нашу семью на ужин. – Валиде дотронулась до руки дочери.
Было пять столов. За первым: Кёсем и Мурад во главе стола, по правую сторону сидела Айше Султан, Гевхерхан и Атике. За вторым: шехзаде Касым, шехзаде Ибрагим и шехзаде Ахмед. За третьим: Симисшах, Айше, Эсма, Хавса и Махпейкер. За четвёртым: Кеманкеш и Аяз Паша.
Осмотрев всех взглядом, Кёсем сказала, что можно приступать к трапезе. Яства действительно были вкусными, по крайней мере, это было видно по лицам членов династии, и Кеманкеша с Аязом Пашой. Кёсем была счастлива, видя своих детей, и двух невесток с улыбками на лицах. Симисшах встретилась с ней взглядом, и подняла кубок, в знак уважения. Кёсем кивнула.
- Махпейкер, Иньшала твой брак счастливый? – внезапно спросила Айше. Махпейкер перестала, есть и посмотрела на мать своего брата. – Я слышала, что у вас с Кеманкешем Агой случаются трудности… - Симисшах собиралась что-то сказать, но Махпейкер её опередила.
- У любой супружеской пары бывают разногласия, Султанша, - улыбнулась Махпейкер, - если разногласий нет, то это не семья. – И продолжила трапезу. Да, закрыть рот Айше, Махпейкер удалось, потому что та больше не задавала лишних вопросов, чтобы не привлекать внимание Кёсем Султан. Симисшах спокойно кушала, как вдруг почувствовала резкую боль в области живота, и, выронив вилку, схватилась за больное место. Шум привлек Кёсем с Мурадом.
- Симисшах, дочка, с тобой всё хорошо? – удивилась Кёсем, - тебе нездоровится? – Симисшах покрутила головой.
- Валиде, с вашего позволения я отведу Султаншу в её покои, - сказала Фара, поклонившись, - если Султанше станет легче, я приведу её. – Кёсем кивнула. Фара помогла госпоже выйти из-за стола, и та, опираясь на руку служанки, вышла из покоев Султана.
***
Уже в коридоре Симисшах почувствовала, что боль всё усиливается и усиливается, Симисшах еле ногами передвигала. Фара помогала, как могла, и позвала на помощь Хаджи Агу, который как раз был недалеко от покоев Султана. С помощью слуг, Симисшах дошла до гарема, и тут, Фара увидела, что из-под платья Симисшах что-то капает.
- О Аллах, Хаджи Ага! – воскликнула Фара.
- Что ж ты так орёшь, Фара-хатун? – возмутился Хаджи. Фара указала на пол, и Хаджи ахнул, - о Аллах… Султанша, у вас отошли воды! – взглянув на пол, Симисшах ужаснулась, у неё действительно отошли воды, и боль мгновенно усилилась. – Зовите повитуху! Султанша рожает!
***
Симисшах привели в покои, и сразу же уложили на кровать. Роды начались практически мгновенно. Повитуха прибежала через секунду после того, как привели Султаншу. Симисшах кричала, старалась не закрывать глаза, чтобы не потерять сознание, но её так и клонило в сон. Помощницы принесли чистые тряпки и много воды, чтобы принять роды.
- Ещё немного, Султанша! – сказала повитуха. Симисшах тужилась, как могла, даже покраснела. Она сжимала зубы, чуть язык не прикусила даже. Фара подбежала к госпоже и схватила её за руку. Боль была такой адской, что Симисшах мертвой хваткой вцепилась в руку своей служанки. – Ещё несколько усилий, Султанша!
Последний толчок, и через секунду послышался шлепок, после которого Симисшах, наконец, услышала крик своего малыша.
***
Кёсем и остальные так и ужинали в покоях Мурада, как вдруг в покои, бесцеремонно забегает Хаджи. Мурад удивился.
- Что за дерзость, Хаджи Ага? – возмутился Мурад, - по какому праву ты врываешься без разрешения? – на лице Хаджи сияла улыбка, - и почему ты так светишься?
- Добрая новость, Повелитель, - улыбнулся Хаджи, - у Султанши не просто так болел живот несколько часов назад.
- Что ты имеешь в виду? – удивилась Кёсем, - Симисшах уже долгие месяцы принимает лекарства от желудка.
- Аллах благословил наши молитвы, Султанша, - сказал Хаджи, - Симисшах Султан родила здорового шехзаде.
Лицо Айше исказило удивление. Впрочем, как и лица остальных присутствующих, особенно это удивило Мурада. Он ясно помнил, что именно из-за него, буквально несколько месяцев назад Симисшах потеряла ребёнка. Новость о том, что сегодня он стал отцом, одновременно удивило Мурада. Он резко встаёт из-за стола, и выходит из покоев.
- Ты не врёшь, Хаджи? У меня действительно родился ещё один внук? – спросила Кёсем, выходя из-за стола.
- Клянусь Аллахом, Султанша, у вас родился здоровый, внук!
***
Симисшах не могла нарадоваться своему счастью. Она прижимала к груди своего новорождённого сына. Он был такой крошечный и беззащитный, что Симисшах не могла отвести от него взгляд, не могла налюбоваться на его светлое личико и такой же маленький носик, как у отца.
Дверь открылась, и в покои зашёл Мурад. Увидев Симисшах со своим сыном на руках, он буквально остолбенел. Подняв взгляд и увидев мужа, Симисшах улыбнулась.
- Смотри, сынок, наш папа пришёл, - прошептала Симисшах. Мурад подошёл ближе и взял сына на руки. В покои зашли Кёсем, Айше Султан, Атике, Гевхерхан, Эсма, Айше, Эсманур и Махпейкер. Увидев на руках соперницы шехзаде, Айше перекосило, она еле стояла на ногах, однако Атике помогала ей держать себя в руках.
- Он похож на тебя, Симисшах, - сказал Мурад. Султан, как и полагается, спел сыну песню, после чего приблизился к нему, - твоё имя – Мехмет, твоё имя – Мехмет, твоё имя – Мехмет. – затем отдал сына Симисшах, и та взяла его на руки. – Да пошлёт Аллах ему долгих лет жизни.
- Аминь!
- Да пошлёт Аллах ему счастья.
- Аминь!
- Да пошлёт Аллах ему здоровья!
- Аминь! – и провели руками по лицам. Мурад повернулся к жене, и поцеловал её в лоб.
- Ты вновь подарила мне весь мир, моя красавица, - улыбнулся Мурад, - выздоравливай. – Симисшах кивнула, и Мурад вышел из покоев. Кёсем сказала, что возьмёт внука к себе в покои, пока Симисшах не поправиться, и невестка согласилась. К кровати Симисшах подошла Айше.