- Аллах, что она делает? – удивилась Гевхерхан, - остановить бунт в гареме – это одно, а вот выйти и остановить бунт народа…
- Замолчи, Атике, - пригрозила Айше, - будем молиться, чтобы слова, сказанные Симисшах, звучали убедительно, чтобы она ни решилась бы сказать.
***
Симисшах не знала, что сказать, если люди не поверят ей, однако она решительно стояла, давая понять, что сейчас, она может решить их проблемы, или хотя бы попытается.
- Наши просьбы не были услышаны, Султанша! – крикнул торговец, - Валиде Султан, обычно, отвечает на наши письма, хоть одним письмом сразу, но отвечает. Но уже сколько месяцев мы не получаем ответа, даже ни одного слова от Валиде Султан или Султана Мурада! – Симисшах удивилась.
Кёсем рассказывала невестке, что дабы поддерживать порядок, раз в полгода, она и сын-Повелитель получают жалобы, предложения и даже претензии от народа по тому или иному вопросу, обычно, они отвечают на всё в одном письме, чтобы было чётко и ясно. Иногда случаются случаи, когда некоторые требования или просьбы выполнить нельзя, и сразу сообщают об этом. Однако в этот раз Кёсем даже удивилась, что не пришло ни одного письма, даже самого маленького.
Сейчас перед Симисшах стояла важная и даже опасная задача: выслушать народ и решить проблему как можно скорее. Симисшах гордо подняла голову.
- Я не знаю, что случилось с вашими письмами, однако до рук Падишаха и Валиде Султан они так и не дошли, - все стали возмущаться. Симисшах подняла левую руку, - пожалуйста, сохраняйте спокойствие! – народ умолк, - Кёсем Султан говорила мне, что это подозрительно, и я уверяю вас, что ваши письма никуда не делись, их, скорее всего, перехватили и они были утеряны.
- Зачем письмам теряться?! – возмутились люди, - должно быть, падишах и Валиде Султан намеренно не стали нас слушать! Поэтому мы требуем выслушать нас сейчас.
Симисшах попыталась подойти ближе, однако внезапно из толпы появился мужчина, одетый в янычарскую одежду, и направил на Симисшах ружье. Симисшах ужаснулась, но шаг назад не сделала, напротив, начала подходить.
- Я выстрелю, если подойдёшь ближе! – закричал человек. Симисшах лишь улыбнулась, и расставила руки, - ты не боишься ружья?
- Если ты выстрелишь, ничего не измениться и даже ухудшится, - сказала Симисшах, - за убийство жены Султана ты лишишься головы.
- Так или иначе, я уже покойник, Султанша, - насмешливо сказал крестьянин, - так как являюсь приверженцем бунта. – послышался выстрел.
***
Айше вскрикнула. Мгновение, и сестра Султана видит, как Симисшах падает на землю. Человек, выстреливший в неё, улыбается, видя свои труды. Атике закрыла рот рукой, увидев этот ужас, а Гевхерхан пустила слезу. Айше изумилась, и схватилась за сердце, будто оно разбилось. Симисшах была её невесткой, и, понимая, что в её покоях, в колыбели спокойно спит полугодовалый шехзаде, сердце Айше ещё сильнее сжалось.
Тучи сгустились, опустился на землю туман. Будто земля рыдала и плакала, из-за смерти Симисшах и состояния Валиде. Люди заметили тёмное небо, и ужаснулись, а ведь минуты назад были лишь сумерки, ночь наступила слишком быстро. Тот, кто выстрелил в Симисшах начал осматриваться по сторонам в поисках помощи, однако случилось то, чего он и другие никак не ожидали.
Симисшах открыла глаза и начала подниматься. К ней подбежал стражник и помог встать. Ужаснувшись этой сцене, стрелок отступил на несколько шагов назад. Стоящие на терассе члены династии и Хаджи Ага изумились.
- О, Аллах… - прошептал Хаджи Ага, - случилось дежавю…
- О чём ты, Хаджи? – удивилась Атике. Из комнаты послышался шёпот:
- Пепел… - прошептала Валиде. Хаджи кинулся к кровати Кёсем.
- Султанша, как вы? – спросил Хаджи. Обратив внимание на слугу, Кёсем прикрыла глаза.
- Внутри будто пепел… - ещё раз сказала Валиде.
***
Симисшах, слегка пошатываясь, встала на ноги и подошла ближе к народу, отозвав от себя стражника.
- Сегодня никто не будет в тюрьме! – объявила Симисшах, - сегодня, все ваши просьбы и требования будут услышаны! Даже если это будут лишь капризы и укоры! Сегодня, каждого из вас почтят тем, что проследят, дошли вы до дома или нет! Сегодня, я – Симисшах Султан, даю вам слово, что каждая ваша просьба и молитва будут услышаны! Я лично выделю средства на постройку приюта, который достраивается на средства Кёсем Султан!
- Почему мы должны верить вам? – возмутился торговец.
- Потому, что я – Хасеки Симисшах Султан, я – законная жена Султана Мурада Хана, если я даю слово, то не имею право его нарушить! Слово матери наследника нерушимо! – и приложила кулак к сердцу.
Этот знак могла показать лишь Валиде, или же Мурад, когда отдавал честь своим воинам в честь победы. Но, чтобы Симисшах или другие Султанши так делали – это редкость. Народ отступил на несколько шагов назад. Затем, поклонившись, начали уходить. Симисшах была ещё слаба после такого выстрела, но из выреза платья вытащила украшение, подаренное Мурадом в честь рождения сына: изумрудный кулон в золотой оправе. К Симисшах вышел стражник.
- Проследите, чтобы каждый из бунтовщиков зашёл домой, - приказала Симисшах, - и пусть завтра утром соберут все жалобы. Пусть зайдут в каждый дом и подойдут к каждому крестьянину. Сколько семей, столько и жалоб!
- Как прикажите, Султанша, - сказал Кеманкеш.
Действительно, случилось дежавю. В прошлом, Анастасии удалось остановить бунт, и в неё выстрелили из ружья. Настю спас оберег, который ей дал служитель обители, но теперь, всё повторилось. Симисшах поймала пулю, её спасла любовь, которую Мурад вложил в сделанное своими руками украшение, подаренное Симисшах.
Символично то, что Валиде и Симисшах очнулись почти в один и тот же момент. Слово, которое вымолвила Валиде первым: «пепел». Вы помните, что Симисшах переводится как Феникс? А ведь фениксы всегда возрождаются из пепла.
Глава 27. Перстень Хюррем Султан
Айше сидела у ложа своей Валиде, держа её за руку. Кёсем, наконец, очнулась, и могла хотя бы посмотреть на тех, кто находился рядом с ней. Кёсем, увидев дочерей и внуков, с облегчением вздохнула.
— Где… Симисшах… — прошептала Кёсем, — где она… — Махпейкер посмотрела на тётку.
— Случился бунт, Валиде, — сообщила Айше, то, что услышала, Валиде повергло её в шок.
— Что, значит, бунт? — удивилась Валиде, и попыталась встать, но подошедшая Атике уложила мать на подушку, — Аязу Паше удалось усмирить их?
— Это сделал не Аяз Паша, Валиде, — сказала Гевхерхан.
— Кто же тогда?
В покои зашла Симисшах, и когда увидела, что Кёсем пришла в себя, подскочила к кровати и поцеловала её руку. Симисшах была ещё слаба, но старалась не подавать виду, что плохо себя чувствует, ведь от удара она сильно ударилась головой, даже кровь пошла, но по дороге Симисшах вытерла кровь вуалью, чтобы не было так сильно видно. Кёсем поняла, кого Атике имела в виду, и сразу же убрала руку из рук Симисшах.
— Валиде? — удивилась Симисшах.
— Это правда, что ты вышла к бунтовщикам? — спросила Кёсем, Симисшах сглотнула, — отвечай.
— Да, Валиде, — подтвердила Симисшах, — Аяз Паша занимался защитой дворца, и не смог выйти, поэтому это пришлось сделать мне. Прошу меня извинить, если я сделала что-то не так.
Кёсем внезапно увидела, что чуть ниже декольте на платье Симисшах виднеется небольшая дырочка. И тут Валиде вспомнила, что через сон, услышала выстрел, теперь, Кёсем поняла, в кого стреляли. На шее Симисшах Кёсем увидела кулон, который Мурад подарил жене в честь рождения сына. Кёсем вытащила украшение из декольте, и увидела, что изумруд «поймал» пулю, пуля, конечно, слегка повредила украшение, из-за чего-то в свою очередь немного оцарапало грудь Симисшах, но ранения, как такового не было. Кёсем дотронулась до щеки невестки и улыбнулась.
«Храбрая и отважная Султанша» — подумала про себя Кёсем.
*Бурса*
Мурад был уже на месте, и успел зайти в санджак, осмотреть его и проверить повреждения, которые с течением времени могли появиться. Однако, Эмирен Паша — заведующий санджаком по велению Симисшах, заверил Падишаха, что они стараются поддерживать состояние санджака в достойном виде. Мурад подал знак, и Аги внесли в санджак три сундука с золотом.