— Аллах, спаси нас! — воскликнула Махпейкер. Кёсем, камера которой находилась прямо напротив камеры Симисшах, тоже вцепилась в ставни, и смотрела Симисшах прямо в глаза.
— Вы.… Были правы, Валиде, — уже хриплым голосом сказала Симисшах, и улыбнулась, — этот дворец может стать тюрьмой, если не умеешь в нём жить… Я научилась, Валиде… Научилась всему, чему учили меня вы… Я… Не хочу бросать детей, но пожалуйста… Позаботьтесь о них… Кроме вас и отца у них никого больше нет… Да… Я умираю… Но умираю свободной женщиной… А ты, Гюльбахар, умрёшь рабыней… Рабыней.… По которой некому будет держать даже траур… — Симисшах улыбнулась и посмотрела на свекровь, — я… последняя, кто унаследовал этот перстень… Я — последняя владелица перстня Хюррем… Султан…
Палачи в последний раз сдавили верёвку, и Симисшах уже была полностью задушена. Махпейкер закричала на всю темницу, она увидела, как её мать была задушена. Увидела её смерть. Кёсем заплакала, увидев смерть своей самой верной невестки.
— Теперь твоя очередь, Махпейкер, — улыбнулась Гюльбахар, — заканчивайте. — Не успели палачи и выйти из камеры, как вдруг к горлу Гюльбахар кто-то приставляет кинжал.
— Это тебе конец, змея, — прошипел Кеманкеш, — думала, что твой бунт пройдёт тебе даром?
— Кеманкеш… — прошептала Гюльбахар, — какой сюрприз…
***
Отряд Кеманкеша по приказу Мурада, был отправлен далеко вперёд, чтобы вовремя остановить кровопролитие. Пока Гюльбахар была в темнице и душила Симисшах, сторонников было приказано убить. Кеманкеш подоспел вовремя. Ему удалось вызволить Кёсем, жену Махпейкер и Атике, также нашли маленьких Эмине Султан и Гевхерхан Султан, которых уже готовились задушить подушками. Мурад приехал через несколько часов после прихода Кеманкеша. Увиденное в гареме, да и по всему дворцу его ужаснуло, и он поспешил в свои покои, где по сведениям Силахтара, находились Кёсем и другие члены династии.
***
Дверь открывается и заходит Мурад. Увидев живых любимых, Мурад кинулся к ним. Сестра, дочь, плакали, рыдали, но ничего понять из их слов он не мог. Затем повернулся к матери, и поцеловал её руку.
— Всё закончилось, Валиде, я рядом, — сказал Мурад, — все, кто был причастен к этому понесут наказание.
— Хвала Аллаху ты вовремя приехал, сынок, — сказала Кёсем, — если бы приехал чуть позже…
— Шшшш, — прошептал Мурад, — всё позади. — осмотрев комнату, Мурад не обнаружил жену. — Валиде, а где Симисшах? Разве, она не с вами? — вспомнив Симисшах, Кёсем прослезилась, а Махпейкер и вовсе чуть в обморок не упала. Мурад не хотел думать о худшем, но приход Кеманкеша из темницы заставил его забеспокоиться.
— Повелитель, мы нашли вашу жену, — сообщил Кеманкеш.
— Хорошо, пусть захо… — и тут в покои внесли носилки. Когда носилки поднесли ближе, Мурад был готов разрыдаться. На носилках лежала Симисшах. Её левая рука свисала вниз, сама была бледна, как снег, а на шее Мурад увидел красный след от верёвки.
— Мы нашли её в одной из камер, — сказал Кеманкеш, — допросив Берчема Агу, мы узнали, что Гюльбахар убила её первой.
Мурад не мог прийти в себя. Он боялся подойти к трупу своей жены, своей возлюбленной. Но когда, же нашёл в себе силы, то подойдя к ней, резко упал на колени. Он дотронулся до её волос, до лица, до рук, до талии, пытался её разбудить, но любимая не поддавалась. Столько раз Симисшах была на грани смерти, столько раз она умирала, но смогла остаться в живых, но сейчас, увидев её бледный труп, Мурад не мог поверить в то, что смысла его жизни, его возлюбленной, его ненаглядного Феникса больше нет. Мгновение, и Мурад кричит. Все стараются закрыть уши, чтобы не слышать его крика. Крик ужаса разнёсся по всему дворцу. Мурад тормошил Симисшах, думал, что она жива, но всё было иначе. Симисшах не подавала признаков жизни.
***
Дворец был одет в чёрный траурный наряд. Все были в трауре без исключений. Погибло столько людей, столько невинных людей, однако, траур держали лишь по одному человеку, человеку который запал в душу всем без исключений.
После смерти Симисшах, Нергисс была передана Надежде-хатун в служение. Узнав о смерти своей наставницы, Надежда была очень расстроена и обеспокоена. Она поклялась, что никогда не забудет её
Симисшах было решено похоронить в её же мечети, которую для неё строил Мурад. Её усыпальницу подготовили, и когда было прощание во дворце, никто не мог вести себя спокойно. Слуги уже несли гроб с Симисшах в гарем, у самого выхода стояли члены династии. Бедная Махпейкер преградила им путь, и дотронулась до гроба матери. Такая потеря не могла не отразиться на ней, да и на всех других членах династии. Атике и Айше еле оттащили племянницу от гроба матери.
«Я чувствую вашу боль… я чувствую как по вашим слезам катятся слёзы….»
Гроб вынесли на улицу, где его на плечи приняли: Султан Мурад, Кеманкеш Паша, Силахтар Паша и Ибрагим. Они несли его, а шейх-уль ислам уже шёл впереди, и так до самой мечети.
«Я — Фарья. Приехала в Османское государство просить помощи у Султана Мурада».
Гюльбахар была казнена ещё до похорон Симисшах. Приговор был приведён в исполнение в той же камере, где была задушена Симисшах. Вначале Мурад не хотел её убивать, подумав, что тем самым освободит её от мучений на земле, но по просьбе Махпейкер, Мурад казнил убийцу своей жены, и матери своих дочерей».
«Я — Фарья, девушка, которая могла разговаривать с Султаном на равных. Я — Фарья, сражалась с падишахом на мечах, даже если и проиграла, я заслужила его уважение. Я — Фарья, красотой затмившая Айше Султан. Я — Фарья, я стала первой, кто получил свободу от Валиде Султан. Мне дали имя Симисшах, и в дальнейшем, меня прозвали Фениксом, потому что я всякий раз находясь на волосок от смерти, выскальзывала из её цепких рук. Свобода, дарованная мне, стала моим проклятьем. Меня сослали.… Сослали надолго.… Вдали от родных, родного дома, любимого человека… Он признал ошибки, совершал, их в будущем… Я подарила ему весь мир, а он подарил его мне. Моя Махпейкер, моя красивая Султанша, смысл моей жизни… Моя Эмине, моя милая доченька, жаль, что я не увижу твоего взросления, твоих первых шагов, не услышу твоего первого слова, не увижу твоей первой любви. Я — Симисшах, Султанша, восстающая из пепла. Я — Симисшах, удостоившаяся чести поцеловать руку Великой Кёсем Султан. Никто не посмеет оскорбить меня, мою любовь или моих близких. Я — Симисшах, пошла против Кёсем Султан, моё слово такое же сильное, как и слово членов династии. Я — Симисшах. Меня причислили к династии за мой ум и красоту. Я — Симисшах, никто не посмеет называть меня рабыней, никто не осквернит мою память и моё прошлое. Я — Симисшах, ещё никто так долго не находился в ссылке, нежели я.
Я — Симисшах, последняя из Султанш, которая заслужила носить перстень Хюррем Султан».
Вот и закончилась эпоха Симисшах Султан (Фарья-хатун). Я благодарна всем, кто читал это произведение, кто поддерживал меня. Кто был рядом. Особенно я благодарна Linda Kapieva, которая вдохновляла писать меня всё больше и больше глав. Последняя глава самая большая, и я надеюсь, что с историей этой женщины вы станете куда смелее.
Помните, что жизнь одна, и только нам решать, кем нам быть.
Вначале принцесса Фарья, затем Фарья-хатун, потом Симисшах-хатун, затем Хасеки Симисшах Султан.
Помните, что никогда не поздно что-то изменить. Наша жизнь принадлежит нам, и только нам.